Его невеста

Эмиль в упор смотрел на него, но пока держал оружие стволом к полу.

– Хочу прояснить ситуацию, – сказал он и Андрей поддакнул. – Насколько помню, у вас были претензии по поводу раздела города. Мы решили так, я ухожу, он остается…

Мне показалось, что я ослышалась. Да, он сказал, что уедет… Но заявлять вслух, что оставит место?

– Эмиль… – нерешительно позвала я.

Я хотела сказать: не горячись, ты пожалеешь. Но он меня проигнорировал, а продолжать я не стала. Эмиль редко принимает поспешные решения. У него было время все обдумать, пока мы жили вместе.

Почти десять дней наедине с собой – или со мной, когда я не пряталась в комнате.

– Если есть желание, можешь занять мое место, – продолжил Эмиль. – Но ресурсы остаются за мной. Хочешь их получить, придется драться.

Андрей снова обошел гостя, бросив на меня взгляд. Я сидела прямо, пальцы на рукоятке сжались чуть сильнее, чем следовало, но это от нервов.

– Пока за городом посмотрю я, – Андрей, наконец, повернулся к вампиру. – Пока он будет в отъезде.

А может и навсегда.

С тех пор, как я вошла, незнакомец так и не проронил ни слова. Видно, что не хочет нарваться. Он не мог знать, что недавно они сожрали Десмодова, но чуял силу.

Я следила за своими, потеряв к нему интерес. Если сначала я гостя испугалась, то теперь поняла, что нам он не противник. Мало того, окружен вампирами сильнее себя, еще и я за спиной.

Мне не нравилось, что я не понимаю, почему Эмиль и Андрей так себя ведут. Явно достигли какого-то консенсуса, но к чему пришли? О чем сговорились в обход меня?

А потом поняла: они меня поделили.

Меня и город. Наверное, в ту ночь, когда я бросила их на поляне рядом с трупом Десмодова. Это ведь Эмилю я сказала «люблю», драться больше не за что.

– И по поводу ваших посланников, – добавил Эмиль. – Мне проблемы не нужны и вам тоже. Они оскорбили мою жену, угрожали мне. Разве я не был прав, когда их убил?"

"Он обошел гостя, бросил быстрый взгляд на Андрея, потом на меня, будто уточнял стратегию.

Теперь Эмиль стоял к нему спиной. А раз открыл спину, значит, совсем его презирает. Или приглашает к нападению?

Приезжий закивал, делая озабоченное лицо. Руки сами сложились в замок, он нервно потирал пальцы.

– Это серьезный проступок, – согласился он. – Если конфликт начался с оскорбления, у вас был повод.

– Я тоже так думаю, – сказал Эмиль. – Слышал, про нее до сих пор разное говорят.

– А ты такое слышал? – поинтересовался Андрей.