Его невеста

– Вы что здесь делаете?

Глупый вопрос, но нужно что-то сказать, чтобы успокоить хоть голосом. И так очевидно, что Эмиль привез ее для обмена. Только он знал, кто она такая.

Пожирательница не была похожа на Десмодова – в ней нет его силы. Может быть, потому что она не пробовала крови или их женщины сами по себе такие?

В ярком платье, со светлыми волосами, она казалась в свете фар нереальной и прекрасной, как лесная нимфа. И очень-очень испуганной – словно загнанная лань.

– Успокойтесь, – попросила я. – Все нормально, он мертв…

Взгляд Ларисы метнулся к мужчинам, клыками кромсающим добычу на капоте, затем вернулся ко мне.

По выражению глаз я поняла, что она больше не хочет замуж за вампира. По правде говоря, это тяжкое испытание.

– Я ничего не сделала! Не трогайте меня!

Она уткнулась в колени и глухо разрыдалась.

– Все нормально, – хрипло сказала я. – Никто вас не тронет. Я отвезу вас домой…

Голова еще кружилась, но я выпрямилась.

Джип разбит, да и вампиры пока не собирались заканчивать, так что на ходу только машина Десмодова.

Я огляделась, пытаясь отыскать ключи в этом бардаке. Кажется, они остались у него в кармане.

Я уставилась на труп, наполовину закрытый широкими плечами Эмиля. Он припал к шее пожирателя, придерживая рукой безвольную голову. Андрей вцепился в тело с другой стороны капота.

Что-то не хочется мне к ним подходить.

Словно чувствуя взгляд, Андрей приподнял голову – с подбородка капала кровь, он щурился на свет. Несколько секунд лицо оставалось бессмысленным, а затем он кривовато улыбнулся, словно, наконец, узнал.

Отпрянул от капота и, пошатываясь, обошел джип. Взгляд шарил по комнате: Андрей вспоминал, где он и как здесь оказался.

Выглядел он плохо: перебитая рука отекла, лицо сильно разбито – досталось ему серьезно. Андрей оперся спиной на заднюю дверь, пытаясь прийти в себя. Я смело подошла к машине – он не голодный, не бросится. Почувствовав движение за спиной, Эмиль завозился, не прекращая пить, но почти сразу расслабился – понял, что это я, а не соперник.

Я подобрала полотенце с заднего сиденья, там же нашла бутылку воды и намочила край. Ткань стала приятно-прохладной, но Андрей дернулся, когда я попыталась вытереть ему подбородок. Сначала перехватил руку, но отпустил и позволил вытереть правую скулу, которой досталось сильнее всего, нижнюю челюсть и разбитые губы. Еще взбудораженное дыхание касалось моих влажных пальцев.

– Тебе не больно? – я погладила плечо, пытаясь понять, колотит Андрея или нет.