Аукцион судьбы. Книга вторая

– Воды? Или чаю?

Саша мотнула головой и повернулась в сторону Олега, вставшего в дверном проеме, скрестив руки на груди.

И Саша не выдержала:

– Ничего мне не хочешь сказать, Олег?

Он, пожав плечами, словно соглашаясь с тем, что им пора начать диалог, хватит играть в молчанку и в неузнавание друг друга, спокойно сказал:

– Хочу. Выходи за меня замуж, куколка.

Глава 6

– Нет.

– Ничего, к утру ты изменишь своё мнение.

Осетин улыбнулся и угрожающе двинулся в сторону Саши, у которой сразу же сработал инстинкт – бежать.

Но девушка заставила себя стоять на месте. О, нет, не для того она поехала с Олегом, чтобы позорно ретироваться.

– Зачем я тебе понадобилась в качестве жены? Неужели так соскучился за год отсутствия? Нашёл меня и сразу же осознал о своих трепетных чувствах ко мне?

Саша играла с огнем. По мере того, как она говорила, темные мужские глаза стали едва ли не черными, да и дернувшийся угол рта сообщил ей, что Олег не так спокоен, как пытается казаться."

"– Зубки научилась показывать, куколка? Не плохо.

И кстати… Я тебя не искал – ты сама пришла в мой бар.

– Твой бар?

Она не сводила пристального настороженного взгляда с Олега, помня какой молниеносной реакцией он обладал. Его леность, неторопливость обманчивы.

– Мой. Прикупил с месяц назад с другом.

– Даже так…

– Ага.

– То есть больше не покупаешь девственниц на аукционах?

– Мне и одного раза хватило.

И всё же Саша не успела должным образом отреагировать на выпад Олега. Знала, что сейчас он будет. Всё её естество напряглось в ожидании последнего рывка Олега, способного уничтожить разделяющее их расстояние, и она, наконец, выпустит эмоции наружу.

Позволит им прорваться сквозь старательно возводимую Сашей стену.

Сколько она строила эту стену, не знает даже она. Долго. Темными одинокими ночами, кусая губы, чтобы не завыть и не заплакать. Сколько она клялась себе, что больше не прольет и слезинки по Осетину? По мужчине, который слишком просто исчез из её жизни…

Что было с ней – не важно. Какие страхи. Какие сомнения.

Что она испытала, когда открыла глаза, увидела стерильно белые стены и милую девушку-медсестру, говорящую на ломанном русском.

Ни яхты. Ни раненого Олега.

В первую секунду Саша подумала, что всё же умерла. Что находится где-то в небытие. Насмотрелась «Сверхъестественного», вот и остались ассоциации. Иного в голову не приходило. И лишь когда Саша попыталась встать, чтобы пойти непонятно куда и зачем, боль в области груди полоснула, да так, что Саша едва не закричала.