Белый асфальт

В этот момент в дверь постучали, и на пороге появилась секретарша Гедройца.

В кабинете повисла тишина – все ждали, что будет дальше.

– Чего вам, Лера? – спросила Анна.

– Я принесла приглашение на банкет.

– Зачем? Что за банкет?

– В честь юбилея рудника.

Забрав из рук секретарши пригласительный билет, Стерхова повертела его в руках, рассматривая и не выражая эмоций.

– Интересно, – пробормотала она. – При чем же здесь я? Кто так решил?

– Приглашение велел принести Борис Янович. А ему сказал глава администрации Шевердов. Я слышала их разговор. Такие приглашения вручают всем, кто может принести пользу. Шевердов так и сказал. А для вас, я думаю, это как раз подходящий случай. Может быть, узнаете что-то полезное.

Стерхова посмотрела на девушку, оценивая степень ее простодушия, потом положила билет на стол и повернулась к коллегам.

– Пойдете? – осведомился Добродеев. – По мне, так это пустая трата времени. У нас его и так мало. Мы не для банкетов сюда приехали.

– Пойду. – Уверенно сказала Стерхова. – И вы пойдете со мной – приглашение рассчитано на двоих. Шевердов и Гедройц – не те люди, кого позволительно игнорировать. Кто знает, что ждет нас в Северске.

– Анна Сергеевна, у меня для вас еще одно сообщение. – Напомнила о себе секретарша. – Для вас освободили номер в гостинице. Сегодня можете заезжать.

– А как насчет меня? – возмутился Добродеев.

– Для вас пока номера нет.

Иван Астафьев похлопал его по плечу.

– Ничего. Поживешь пока у меня.

– Ступайте, Лера. – Сказала Стерхова. – Передайте Гедройцу, что мы с Вадимом Серафимовичем придем на банкет.

Она по своему опыту знала, что подобные повороты событий приводят к неожиданным результатам. Интуиция подсказывала: банкет может оказаться не только торжественным ужином, а полем для стратегических знакомств.

Гостиница, куда Астафьев привез Анну Стерхова, называлась «Центральная» и, как объяснил Иван, она была единственной в поселке. От здания мэрии ее отделяла площадь с заснеженным сквером и бронзовым бюстом вождя пролетариата.

Морозный вечер быстро сгустился, окутав поселок непроницаемой пеленой. Слабый свет фонарей освещал неровную дорогу, выхватив из мрака силуэты темных заборов и припорошенных снегом крыш. Где-то вдали тоскливо выла собака.

Фойе гостиницы было стилизовано под охотничий домик. На стенах, обитых лакированной вагонкой, висели звериные шкуры с оскаленными мордами. Пол устилала серая каменная плитка. Филенчатые двери были массивными и солидными.