Белый асфальт

Начавшийся снегопад создавал ощущение параллельной реальности, но дорога от этого легче не становилась. Тряска не прекращалась, машина несколько раз буксовала, и Добродеев бешено выкручивал руль, матерясь. Стерхова молилась, чтобы им не пробить покрышку – это было бы худшим из возможных исходов.

И вот, в тот самый момент, когда они почти потеряли надежду, дорога вдруг резко перешла в грунтовку, а затем в асфальт. И это было похоже на чудо, казалось, что они скользят по паркету, хотя на самом деле дорога не была идеальной.

Северск встретил их сумрачным, холодным рассветом. Это был северный поселок, в основном одноэтажный, скрытый в низких, туманных горизонтах. Он отличался от тех, что Стерхова видела до сих пор.

Первое, что бросалось в глаза, – нескончаемые вереницы самосвалов, которые проезжали мимо.

– Машины возят золотую руду с рудников на обогатительный комбинат. – Сказал Добродеев. – В Северске много приезжих водителей, живущих здесь вахтами.

– Проходной двор. – Заметила Анна. – Это осложнит любое расследование.

– Работаем с тем, что есть. – Добродеев улыбнулся, и Стерхова впервые за всю поездку решила использовать его благодушие.

– Что вам известно об этом деле? – поинтересовалась она.

– Ничего. – Слишком быстро ответил Добродеев, давая понять, что в этом вопросе он – кремень.

По дороге в следственный отдел им встретилась столовая – одноэтажное здание барачного типа с выцветшей вывеской. Возле него в клубах выхлопных газов стояли заведенные самосвалы.

– Их здесь никогда на глушат. – Объяснил Добродеев. – На морозе потом не заведешь.

Несколько шагов от стоянки до столовой пронзили ступни диким холодом. Он стремительно полз по икрам под пальто и дальше – к спине. Ощущение было ужасным. Никогда ни до, ни после Стерхова так не мерзла.

Зал столовой оказался слишком большим для такого места. Внутри было душно и тепло, пахло простой едой. За длинными столами сидели сотни мужчин. По ним было видно, что, сменяя друг друга в тяжелой и монотонной работе они давно потеряли счет неделям и дням. В воздухе висела тяжелая, непривычная тишина, разговоры здесь были не нужны: задачей каждого из них было поесть, отпахать тяжелую смену и упасть на койку в общежитии.

Отстояв короткую очередь на раздачу, Добродеев и Анна прошли к гигантскому чану, откуда все наливали чай. Он был терпким, горячим, без всяких изысков.

– Как думаете, сколько времени нам придется здесь провести? – спросил Добродеев.

– Все зависит от дела. – Сказала Анна, не углубляясь в тему.