Батарейка для арда

 — Всего…

Одна взрослая и пять мелких мордочек встали перед глазами и воззвали к совести.

— Ладно, орава, — признала я. — Но это временно! Я их всех скоро пристрою, честно-честно. А если не пристрою, то заберу с собой. Так что это ненадолочко. Ну пожалуйста! Они домашние, они на улице пропадут. А в приюте та еще атмосфера. И вообще. Мелких, может, и разберут, а у кошки шансов мало. Понимаешь?

Я закруглила сумбурный монолог и с надеждой воззрилась в серые глаза.

— С трудом, — честно признал ард.

Я уже открыла рот, чтобы вдаться в подробности и в красках описать как жизнь животных на улице, так и плюсы и минусы приютов, а также счастливое будущее, которое всем непременно организую, но Рэй щелкнул меня по подбородку, заставив прикусить язык.

— Коты так коты, — спокойно произнес он и легким движением стряхнул меня с себя.

Быстро закончив начатое мной раздевание, он потянулся за сбитым в ноги одеялом и улегся обратно, накрыв им нас обоих.

Я хотела откатиться подальше, но железобетонная ручища не позволила, подтянула меня к горячему телу.

И меня вновь кольнуло… одно дело все же, спать с ним в обнимку, пока он был по сути в бессознательном состоянии. Это как с подушкой спать! Большой такой, мускулистой, но при этом все же подушкой.

На обнимашки с подушкой эти объятия походили меньше всего.

«Не привязываться!» — мигала в голове неоновая надпись.

Я попробовала ненавязчиво высвободиться, понадеявшись, что Рэй уснул так же мгновенно, как и раньше, но тяжелая рука тут же напряглась, удерживая, и я малодушно сделала вид, что просто устраиваюсь удобнее — одернула маечку и немного поерзала.

Мне вдруг вспомнилась Вивиан. С чего — бог знает. Вспомнилась с ее техниками, тренажерами и неземной красотой. Уж она-то наверняка никогда не разочаровывала мужика, сбивая ему весь эротический настрой. И котов бы не притащила. Да и вообще…

— Рэй, — прошептала я в вечерний сумрак.

— М? — сонно мурлыкнул ард.

Мне хотелось сказать, что она приходила. И даже предложить, может, как-то можно теперь, когда он пришел в себя, пересмотреть контракт, чтобы она вернулась, а я со своими котами согласна отчалить без малейших претензий. Но не придумала, как облечь все эти соображения в слова, и, стушевавшись, скомкано произнесла:

— Пусти, я переоденусь.

Тяжелая рука приподнялась, освобождая меня из плена.