Операция «Антитеррор»

– Гостей я дома принимаю. А здесь я только работаю... – уклончиво ответил мент.

На меня же он старался принципиально не смотреть. Это не предвещало ничего хорошего.

Асафьев пожал майору руку и сел на стул для допрашиваемых. Я на свое привычное место сбоку.

– Попутчицу Широкова ты уже допрашивал?

– Полтора часа назад ушла.

– А никак. Носом чую какую-то неувязку, а в чем она, понять не могу. Разве что разговор у водителя с Мариной Николаевной...

– Стоп, – резко встал я. Созвучность имен вызвала подозрение. – С Мариной или с Марией?

– С Мариной Николаевной получился очень короткий, а проехали они для такого разговора слишком много. Но не в этом главное. Еще что-то здесь должно быть. А понять не могу.

– Дай нам прочитать, – попросил Асафьев.

Лоскутков молча положил перед майором папку. Я встал за спинкой стула, чтобы тоже хоть что-то разобрать. Но и разбирать там было нечего. Допрос оказался слишком коротким.

– Еще мне надо заключение судмедэксперта на Широкова. Не было ли у него каких-то повреждений, не вызванных аварией?

– Не было. По крайней мере, не отмечено. Это надо было сразу искать. После такой жестокой аварии судмедэксперты, как правило, ни на какие второстепенные повреждения внимания не обращают. Да и как доказать, что эти повреждения не являются результатом столкновения? Там, судя по фотографии, и смотреть было нечего. Человека просто смяло...

– Не скажи... – возразил я. – Трамвай ударил с левой стороны. На фотографии все повреждения у Широкова именно слева. А не было ли их справа? Например, не было ли у него пробито горло?

Лоскутков так подался вперед, что мне показалось, будто рысь приготовилась перепрыгнуть через стол. Будь я слабонервным, я бы проломил спиной стену и ушел сквозь нее в смежный кабинет.

– Есть какие-то данные?

– Данных нет. Есть гипотеза. И есть однорукий подполковник Проханов, который сам умел не только пробивать горло. Он еще сообщил нам, что его на тренажере обучали таким штукам, как подставка водителя машины под транспорт, движущийся слева. Предварительно, естественно, необходимо отключить водителя.

– А попутчик? Не камикадзе же он...

– Вот этому и учили – подставлять машину надо под определенным углом, чтобы пострадал только водитель. Пассажир при этом только нервно смеется и разыгрывает из себя пострадавшего. Стресс и прочее. Например, сотрясение мозга.

– Как подделать сотрясение?

– Элементарно.