Операция «Антитеррор»

Галстук-бабочку забыл, да это в следующий раз. Чем Муса занимается?

Халил поднимает глаза. Взгляд его спокоен и даже насмешлив. По взгляду видно, что это настоящий боевик-диверсант и такого не взять на испуг.

– Я тебя спрашиваю... – Хохлов легонько пинает сидящего боевика под ребра. Для начала – легонько...

Нет, даже взгляд у Халила не меняется. Он не боится побоев. И ничего путного не скажет.

– За компьютером сидит... В игрушки играет...

Хохлов видит, что даже сильно пинать этого парня бесполезно. В таких делах он человек опытный.

На сей раз они вышли в дверь, потому что корпус, где расположился Муса, в стороне и оттуда их не увидеть. И снова повторяют все в прежнем порядке. Присоска на стекло, алмазный циркуль, шпингалеты. Только теперь первым запрыгивает на подоконник Хохлов. Асафьев так прыгать не умеет. Он понимает, что если прыгнет, то упадет и это будет смешно. А командиру не положено быть смешным. И он просто забирается, ухватившись за раму. И теряет на этом время. Капитана уже приходится догонять. За ними двинулись еще два бойца.

Около двери комнаты шаги замедляются. Из комнаты слышится разговор. Не сразу Асафьев с Хохловым сообразили, что Муса разговаривает по телефону. Асафьев поднимает руки, принимая жестикуляцию группы захвата. Остановились, переглянулись. Хохлов кивнул. Один из бойцов с силой распахнул дверь.

Одноногий Муса сидит на кровати, как одноногий стивенсоновский Сильвер. Под рукой костыль, а на столе вместо попугая – ворона. Попугай кричал: «Пиастры... Пиастры...» – а воротна просто и внятно сказала:

– Заходите, раз пришли... – говорит Муса спокойно и почти величественно. – Я ждал вас. Думал, обязательно придут, – протягивается и кладет на стол трубку сотового телефона, по которому только что разговаривал. Берется за костыль и напрягает тело, чтобы встать. Асафьев принимает это за восточное гостеприимство. Раз ждал гостей, то встречай их стоя.

Но Муса шагает не навстречу гостям, а вбок, к компьютеру, и протягивает руку, стараясь при этом взять что-то и не упасть. Хохлов среагировал одновременно с одним из бойцов. Сразу две короткие очереди на куски разрывают кисть инвалида. Теперь Муса падает. Неуклюже, словно сломанное ветром дерево. Но даже без стона. Его тут же поднимают. Не обращая внимания на развороченную несколькими пулями кисть, надевают наручники и сажают лицом к пришедшим.

Хохлов смотрит на компьютер.

– Что он тут хотел взять? Я думал, тут оружие...

На мониторе непонятная программа. Ведет отсчет таймер.