Пока ангелы спят

И обо мне, – твердо выговорил Алеша, глядя прямо в глаза собеседнику.

– Да что я такого вам могу рассказать!

– Рассказывайте, – не отрываясь от зрачков Козлова, жестко сказал Данилов. – Или я заражу вас раком. Метастазы пойдут по всему телу. Вы умрете в страшных мучениях. И очень скоро.

«Браво, Лешенька! – мысленно воскликнула Наташа. – Ты его сделал!»

И Козлов действительно не выдержал. Он отвел взгляд. Глаза его заметались. Он даже поворотился к Наташе, минуту назад им презираемой – словно ища у нее защиты.

– Да… Да-да, конечно… – пробормотал он. – Я расскажу… Если вы настаиваете… Никаких тайн… Но только пойдемте куда-нибудь… В тихое место…

– Никаких тихих мест, – твердо проговорил Алеша. – Рассказывайте здесь, на людях.

– Да неужели ж вы думаете, что я… – начал Козлов. Не докончил, махнул рукой: – Как скажете. – И еще раз, задумчиво: – Как скажете…

Так думал Иван Степанович Козлов, вышагивая по главной улице города Южнороссийска и стараясь держаться теневой стороны.

Иван Степанович Козлов являлся в ту пору финансовым советником и инвестиционным аналитиком одной из самых крупных финансово-промышленных групп, возглавляемых известнейшим тузом, миллионером Иваном Исааковичем Шеляринским. Точнее – не будем обманывать себя! – он был аналитиком не самой финансовой группы, а, выражаясь языком милицейских рапортов, организованной преступной группировки, отражающей интересы и прикрывающей чистую перед законом компанию.

Правда, ни сам Иван Степанович, ни кто бы то ни был другой из числа подданных империи господина Шеляринского не смог бы определить, где кончается легальная промышленно-финансовая группа и начинается криминальная объединенная преступная группировка.

Вот господин Козлов, к примеру, никого и никогда, боже упаси, не убивает, не грабит, не разгуливает с волыной и не приставляет к телам паяльник. Последние два года он выполняет важную миссию: регулирует денежные потоки империи.

В основном наличные денежные потоки. Он, Козлов, заведует превращением безналичных средств в наличные. Он обращает русские тугрики («нал» и «безнал») в американские «грины» – и наоборот. Он командует развозом наличных по стране. Он занят вложением «черного нала» в легальные заводы, газеты, пароходы (кажется, у законолюбивых американцев последняя операция называется «отмыванием грязных денег»? Смешные люди!..).