Пока ангелы спят

Почему-то она всегда боялась, что не закажут… Но сегодня, уверена, все будет хорошо.

Наташа бодро подошла к бюро пропусков, снисходительно взглянула на очереденку у местного телефона. Протянула паспорт неулыбчивой девушке: «Мне – в «Молодежные вести».

Хорошо, черт возьми, звучит! Гордо! Не «Пульс Тушина» – а «Молодежные вести»!

Заокошечная девица поводила пальцем по списку:

– Нарышкина? Нет такой.

– Быть не может, посмотрите еще раз!

Пропускная мамзель окрысилась:

– Я читать умею! – Ей явно не понравилась Наташа, сияющая весной и глазами.

– Нет пропуска, говорю!

Ну вот, все насмарку. А она ведь с утра уверенную походку тренировала. Прижималась спиной к стенке, клала на голову том «Акушерства и гинекологии», а затем этакой шпалой дефилировала по квартире, чтобы выпрямить спину и расправить плечи. Но какая уж тут королевская походка, если тебе даже пропуск заказать забывают. А обещали ведь, что закажут. Еще в четверг обещали.

Наташа пристроилась в хвост очереди к местному телефону. Набрала номер шефини, Марины Евгеньевны Кленовой – не отвечает.

А говорила, что будет весь день. Позвонила в приемную. Ей оптимистично сообщили, что «Кленова где-то внутри…».

– Ну, вы спросили!..

– А вы пропуск мне не закажете? – Голос предательски дрогнул.

– Как фамилия? Нарышкина? Ждите, поднесут.

Прождав минут двадцать, Наталья снова позвонила Марине Евгеньевне. Слава богу, занято. Значит, подошла. Игнорируя бурчание очереди, она накручивала и накручивала диск. Ура, длинные гудки!.. И опять трубку никто не взял.

Да что же это такое!

И тут Наташа увидела Полуянова. Дмитрий на ходу пытался соорудить нечто вроде прически, старательно приглаживал пальцами разлохматившуюся шевелюру. Она бросилась навстречу:

– Дима, здравствуйте!

Он отчего-то вздрогнул. Уставился непонимающе:

Очередь у телефона смаковала бесплатное шоу.

Наташа покраснела. Пролепетала:

Он еще секунду соображал. Наконец вспомнил:

– А, Максима Петровича дочка!

Вот так вот. Дочка Нарышкина. Что ж она, ей-богу, до пенсии будет ходить с этим клеймом?! Папка ведь обещал, что не станет соваться в ее дела! Что она будет делать свою жизнь сама!

Полуянова зрители у бюро пропусков не смущали.

Он подхватил Наташу под руку:

– Пропуска ждешь? Ну, это ты зря.

Он кивнул милиционеру:

– Пропустим крошку? Она ко мне. Молодая, но уже много всем наобещавшая журналистка.

Наташа бордово покраснела. Постовой ревниво взглянул на Полуянова и неохотно кивнул.

Они поднялись на шестой этаж.