Мой личный ангел

По-моему, есть еще родственники по матери, но где-то далеко.

— Кем работали ее родители?

— Мать сидела дома и занималась хозяйством. Отец — механик. Может разобраться в любой технике: хоть в тракторе, хоть в танке.

— Опиши, пожалуйста, взаимоотношения в ее семье. И самих родителей.

— Знаешь, я тогда подробно не вникал. Мне ее родители были до лампочки, если не мешали нам встречаться. Внешне все нормально, обычная семья. Да и Люба ни на что не жаловалась.

— А когда стали мешать, вы что делали? Прятались?

— Я не хотел, но Люба меня упросила. Кстати, она первой заговорила о побеге.

— О, это важно! Может, у нее были еще причины? Не знаешь, случайно?

— Она не говорила ни о чем другом, — качнул головой Игнат.

— А вас не засекли до самого побега? Или вы все-таки попались?

— Нет, не засекли.

— Как же вы встречались?

— У нас было несколько тайных мест. А еще нам помогала ее подруга.

— Хорошо, что ты вспомнил про подруг, — энергично кивнула я. — Это тоже важно! Сколько их было? Назови их имена. Где они сейчас живут?

Вместо ответа Игнат усмехнулся:

— Ты так четко вопросы задаешь. Как будто, правда, следователь. Теперь я понимаю, почему у тебя в твоей школе получилось. И опыт сразу виден.

— Благодарю, — саркастически скривилась я. — Но давай продолжим с подругами.

— У Любы их было две, — Игнат назвал мне имена. — Обе, вроде бы, уже замужем. Живут здесь, у нас.

— Как одноклассники относились к вашему роману?

— Нормально, — пожал плечами собеседник. — Парни, в основном, одобряли. Люба говорила, что девчонки ей завидовали. Но в целом, довольно спокойно.

— Ясно. На всякий случай спрошу: не было ли у твоей девушки врагов? Каких-нибудь серьезных проблем или конфликтов? Я понимаю, такие вопросы прежде всего интересовали следствие. Но вдруг…

— Нет, — покачал головой собеседник. — Ничего такого не было. Люба была вообще неконфликтная. Старалась ни с кем не ссориться.

— А поклонники, кроме тебя, у нее были?

— Ну, было несколько. У нее внешность хоть и неброская, но все же миловидная. Вот, например, наш участковый по ней страдал.

— Павел Васильевич? Ну надо же! — я была озадачена.

— Он самый.

Я покачала головой, а потом взглянула на Игната.

— Извини, но я должна спросить: у вас с Любой был секс? Она оказалась девственницей?

Игнат резко поднял голову и с минуту смотрел на меня, хмуря брови. А дальше поморщился и ответил:

— Нет, не было. Мы только целовались. И решили, что станем по-настоящему близки, когда сбежим.