Завгар #2 - Конец академии

При виде меня женщина поднялась с места и, подойдя, смерила грозным взглядом сверху вниз.

— Привет, — произнёс я.

— Ну здравствуй, — ответила Мирослава, а затем, видя, что на попытку меня запугать я не реагирую, добавила: — Не ждал?

— Ну почему же? — улыбнулся я. — Вот знаешь, ждал, и не просто ждал.

Я вышел в свою комнату, а когда через десять минут вернулся, то безопасница буквально обомлела, мигом растеряв всю свою злость. Потому как я был весь в чёрной коже, обтянувшей тело, в маске и с хлыстом в руках.

— Называй меня «господин», рабыня! — чуть глухо сквозь маску потребовал я.

А ещё через десять минут, от души хлеща плёткой по покрасневшей заднице вставшую на четвереньки и стонущую от возбуждения женщину, я понял, что опять забыл задёрнуть шторы. Посмотрев в окно, снова увидел мужика в доме напротив, что с приоткрытым ртом замер, уткнувшись лбом в стекло. Видимо, стоял он так довольно давно, как бы не с самого начала наших садо-мазо игрищ. Глаза его застыли, широко распахнувшись, с приоткрытого рта струйкой стекала на подбородок слюна, а правая рука, опустившись куда-то ниже пояса, под скрывший подробности подоконник, совершала дёрганые ритмичные движения. Похоже, бедняга в полном трансе.

И на сей раз помахав ему рукой, я подумал, что пора, наверное, с ним уже познакомиться. Можно сказать, не чужой человек, как-никак, столько видел.

— Он гаремный, — сходу произнесла начкафедры мобильных систем без предупреждения врываясь в кабинет начальницы академии.

— Что? — переспросила та, отрываясь от каких-то бумаг на столе и поднимая взгляд на подчиненную.

— Он гаремный, — снова повторила полковница, опускаясь на стул и откидываясь на его спинке, — наш курсата. Самый что ни на есть гаремный мальчик Пётр Иванов.

— Бать! — выругалась генерала, отодвинув бумаги в сторону и внимательно глядя женщину, уточнила, — Это точные сведения?

— Куда уж точнее. От Родионовой информация. И не только устно, — полковница кинула на стол перед собой папку, — здесь его досье с заведения, где проходил адаптацию.

Протянув руку Седова пододвинула бумаги к себе, раскрыла, тут же отметив, что это не оригинал, а отфотанные и заново распечатанные листы, внимательно проглядела, затем снова взглянула на подчиненную, — Не буду спрашивать как она это достала, но если всё так, то мы в полной заднице.

— Мягко сказано, — буркнула та, — если кто узнает, позору не оберешься, это же надо, у нас в элите вооруженных сил мальчик для утех.