Адриано

Я не думаю, что что-то может отвлечь меня от мыслей об Адриано.

Но рассказ Алессандры выбивает меня из колеи.

Я смотрю на нее широко раскрытыми глазами.

— Ты шутишь?

— Нет.

— Значит, ты давно потерянная принцесса мафии, которая влюбилась в мафиози… ты поссорилась с ним и ушла… потом тебя похитили и привезли в дом под дулом пистолета… но твой муж и его братья убили плохих парней и спасли тебя… а потом ты застрелила злобную суку прежде, чем она смогла убить твоего мужа?

— Ну, в то время он еще не был моим мужем, — говорит Алессандра с забавным видом. — Но, да… если вкратце.

— Теперь я понимаю, почему он женился на тебе. Черт, да ты крутая.

Алессандра разражается хохотом.

— Я вовсе не крутая!

— Ты спасла жизнь Дарио!

— Да, но…

— И при этом чуть не погибла!

— А ты? — спрашивает Алессандра с дружеским вызовом в голосе. — Как я слышала, ты противостояла группе киллеров с УЗИ.

Я морщусь.

— Я была в другой комнате и разговаривала по мобильному телефону, когда вбежали Адриано и остальные.

— А потом вы спустились по веревке и спаслись от убийц…

— На самом деле это Адриано спас меня.

Алессандра придерживает меня рукой и останавливает.

— И ты осталась с ним во Флоренции, когда он отправил Ларса и Массимо домой, хотя знала, что за тобой охотятся!

— Да, но я пыталась спасти своего отца…

— И ты противостояла всей этой опасности и стала единственной причиной, по которой Адриано нашел твоего отца. — Алессандра хмурится и одновременно улыбается. — Что ты делаешь?! Почему ты пытаешься преуменьшить свою храбрость? Ты не подписывалась ни на что подобное и никогда не сталкивалась ни с чем подобным, но все же ты была храброй, как любой мужчина в этой семье.

— Нет, это не так — я была в ужасе.

— Думаешь, поэтому ты перестаешь быть храброй?! Это и есть определение храбрости — то, что ты была напугана, но все равно сделала это!

— Но… тебя похитили, приставили пистолет к голове и застрелили кого-то…

— А я в это время чуть не обосралась от страха!

Я разражаюсь смехом.

Алессандра так изящна и красива, что просто смешно слышать из ее уст столь грубое выражение.

Она усмехается и протягивает мне руку, пока мы идем дальше.

— Никогда не преуменьшай того, что ты сделала для этой семьи. Или для своей собственной. Никогда.

— … хорошо… — говорю я нехотя, но с улыбкой на лице.

— Дарио и его братья очень благодарны тебе за то, что ты для них сделала.

— Но я не…

Алессандра бросает на меня предостерегающий взгляд.