Он её ад

Яагер приподнял бровь.

— Я это сделаю, если еще раз остановишь меня. — и, бросив в мою сторону темный взгляд, добавил: — Даже не пытайся разговаривать с ним.

— Я просто прослежу, чтобы ты ушел, не натворив дел. — успокоил его Джос.

Только после этого Матиас усмехнулся, и, развернувшись, ушел к лестнице. То, как он посмотрел на меня из-под черных ресниц, мне совершенно не понравилось. Похоже, что-то внутри, ранее удерживающее его, сорвалось окончательно и он был намерен яростно меня уничтожить.

Было в этом и кое-что хорошее: судя по всему, Яагер пока не узнал, что я — Грейс. Долго ли это незнание продлится, правда?

Джос, наконец, опустил руку и окинул меня взглядом. Снова задержавшись на сломанной руке.

— Не ожидал, что дойдет до такого. Я предупреждал же. Какого дьявола ты вернулась?

— Почему ты убегала от меня всю эту чертову неделю? — Джос прожигал меня мрачным взглядом. — Где ты ночевала?

— Не твое дело, где я ночевала, — я поджала губы и с неприязнью посмотрела на парня. Я прекрасно знала, что Джос несколько раз поздно вечером приходил к Ливену. Искал меня. Но по счастливым стечениям обстоятельств, я как раз в это время была в душе, благодаря чему Джос так и не узнал, что я ночевала у друга. — И было бы странно, если бы я не пыталась избегать парня, который пожелал мне насмерть замерзнуть в снегу. Проклятье, я уже теперь не понимаю, как раньше могла встречаться с тобой.

Эти слова вырвались у меня случайно. Обида, которую я хранила в сердце с того дня, как он бросил мне в лицо эту мерзкую фразу, все еще не желала так легко испаряться.

Но, похоже, эти слова умудрились как-то задеть Джоса, потому что на его лице мелькнула тень, и тут же исчезла.

— Но встречалась же и любила, — Джос приподнял один уголок губ, обнажая белоснежные зубы. Оскалился. — Хотя, я подозреваю, что все твои слова о чувствах ко мне были такой же ложью, как и твои показания в суде, когда ты желая защитить своего никчемного брата, подтвердила, что это Матиас сбил ту девушку.

Джос сделал шаг ко мне, значительно сокращая расстояние между нами, а я рефлекторно сильнее вжалась спиной в стену.

— Как тебе после этого спится Грейс? Совесть не мучает? И как же ты подбирала свои лживые слова для суда? Коен помогал придумывать?

«Нет, отец. Он все написал и заставлял меня учить каждую строку, как стих» — пронеслась у меня в голове болезненная мысль. В те дни на мне появлялись все новые и новые синяки.

— Знаешь, я ведь к тебе тогда приходил. И не один раз.