Артефактор. Книга 9. Ключи мира

Одна лягушка, поедающая всех подряд, начиная с мужа, чего стоила… Но раньше сказки сочинялись для определённой цели — выжить. То есть для предостережения, куда ходить не надо, чего делать не стоит. Можно сказать, инструкция по технике безопасности.

Очень быстро я запутался в персонажах, которые в течение одной истории рождались и погибали слишком уж много.

Отложил в сторону и взялся за научные изыскания.

В трудах историков не было ничего страшного, кроме настолько нудного повествования, что я чуть не уснул, продираясь через текст.

Ещё и мерный стук колёс подливал масла в этот убаюкивающий огонь.

Но всё же сумел вычленить нечто полезное.

Нечисть в тех местах была своеобразная. Некий анималист Родион Шанорин столетие назад посвятил много лет своей жизни, исследуя местные леса. И старательно записывал информацию про все сущности, что там водились.

Вообще анималисты, увлекающиеся темой нечисти — дело вполне обычное. Если маги выбирали заниматься дикими животными, то, соответственно, в природе сталкивались и с волшебным народцем.

Хочешь иль нет, изучишь, чтобы выжить. Шаманы же, которые непосредственно взаимодействовали с нечистью, писать какие-либо труды в принципе не любили. Оттого и информации было мало.

Буквально всем заведовали духи. Не призраки, а духи мест, занятий, событий и предметов. Помимо привычных леших, водяных и прочих хозяев природных локаций, были и отдельные для такого количества понятий, что поражало — как всех упомнить-то?

У того же лешего в подчинении обнаружилось множество духов.

Для каждого зверя, ягоды и, например, утренней росы…

Все они при этом обладали своим характером и предпочтениями в виде даров.

Кто-то из более поздних изыскателей предположил, что местная нечисть такая же, как и везде, только притворяется этими разнообразными духами.

Мол, так больше подношений собирать можно.

— Господин граф, — поскрёбся мне в дверь служащий. — Через полчаса прибываем на вашу станцию. Остановка незапланированная, поэтому не могли бы вы выйти заранее и приготовиться сойти?

Вот это новости.

Надо бы Людвигу премию выписать за то, как он так быстро умудрился уговорить сделать внеурочную остановку. Я и не знал, что её не делают… При этом не сказал бы, что билет стоил дороже обычных тарифов.

— Конечно. Благодарю, буду готов! — ответил я и захлопнул книгу.

Поезд всё ещё мчался во весь опор. За окном сверкала какая-то река, мимо которой мы ехали. А за ней виднелись холмы.