Первые шаги

Из взгляды скрестились, и германец ощутил гнев в ее глазах. На себе. А поджатые губы подтверждали ее эмоцию. — Красивая — бросил он и тут же отвернулся. Разворачивая голову друга тоже, рукой. — Хватит на нее пялиться. Она и так тут как бельмо у всех на глазах. Еще и ты ее глазами раздеваешь.

— Эй, она прекрасна — попытался вновь увидеть эту красоту рыжий. Но Гирн удержал его от этого. — Хватит вести себя как мальчишка.

Гирн скользнул взглядом по залу и тоже приметил иностранцев. Их внимание тоже полностью было поглощено к девушке.

— Да это красавица тут просто окружена глазами. Возможны проблемы. — Услышал он голос Арнога.

— Конечно Гирн — усмехнулся русич. — К тем более они ведут себя довольно странно. Вроде тихо. Но словно на захваченной земле.

— Ох, чувствую беда будет — вздохнул Скор. — Ни как нам не удается спокойно провести время. Так что лучше подкрепиться.

— Верно — согласились все, и принялись не спеша наслаждаться местной кухней и легким вином. Время шло.

Роствуд удивительно как нашел общий язык с одной из служанок. Притом почти не говоря слов.

Когда народу по прибавилось, Арног и Скор отправились на поиски капитанов судна, пытаясь найти им путь к их цели. И чем быстрее, тем лучше будет отплытие.

Гирн остался за столом. Наблюдая искоса за северянкой и поглядывая как пятерка набирается алкоголем. Не отрывая взглядов от девушки. Его друзья видимо нашли то что нужно и остались сидеть за столом, который заметил Роствуд. Думая, что это капитан корабля. И сейчас они общались о чем-то. Мимолетного взгляда на англичанина хватило, что бы понять, как он сильно увлечен познанием местной культуры.

Событие развернулись очень быстро. Самый рослый из пятерки быстро встал и уверенной походкой подошел к северянке положив ей руку на плечо. С наглой ухмылкой. Громко заговорив на своем языке. Заслышав знакомую речь, друзья в один миг обратили свои взгляды полные ненависти на черного пса. Вмомент когда девушка скинула руку со своего плеча, в зале появились трое рослых детин с дубинками. Но дорогу им преградили остальные псы с обнаженным оружием. И наглец продолжил свое приставание уже более нагло. Словно чувствуя безнаказанность.

Гирн рывком поднялся на ноги и два топора оказались в руках. Следом нехотя поднялся Роствуд. Арног и Скор. Убери от нее свои руки сын шакала — крикнул германец на родном языке пса. Что-что, а ругательство даются легко на любом языке. Все взоры теперь были обращены на Гирна, рядом с которым встали его друзья.