Мафия

— Ну и фарисей, — брезгливо поморщился Орлов, возвращая фото Дагуровой.

— Он ли один? — сказала Ольга Арчиловна и продемонстрировала еще несколько разоблачительных снимков из той же серии. — Так попадали в сети мафии многие влиятельные люди. Становились зонтиками.

— А некоторых далее не нужно было заманивать таким способом, — добавил Вербиков. — Конверт с солидной пачкой купюр, японская видеосистема, строительные материалы на собственную дачу…

— Валюта для загранкомандировок, — присовокупила Дагурова. — Вручали ее там, за кордоном. Савельева имела солидный счет в иностранных банках.

— За наркотики? — уточнил Орлов.

— Да. С этим итальянцем, Пьетро, они имели дело не первый год. Факты говорят о том, что Савельева намеревалась остаться за границей. Ее главный компаньон по наркобизнесу, Ступак, тоже настрополился за «бугор». Если судить по оперативным сведениям, которыми мы располагаем, роли распределили так: Савельева увезла с собой весь героин, что они раздобыли в последнее время, а Ступак должен был прихватить золотишко, камни и валюту.

— Насчет Ступака, — прервал ее Орлов. — Почему он дал показания на Киреева? Свой своего?

— Борьба за сферу влияния. Ступак, как показала его жена, мечтал об одном — спихнуть Сову и самому стать «крестным отцом». Пробным камнем явился Киреев.

— А зачем он занимался извозом? От его-то миллионов?

— Извоз — прикрытие и удобная форма общения с иностранными партнерами. Ведь Ступак на своих шикарных лимузинах возил только иностранцев. А вернее, дельцов от наркобизнеса, желающих продать валюту и прочих…

— Понятно, — кивнул прокурор республики. — Еще один вопрос. — О члене-корреспонденте Ляпунове, которого осенью убили в Южноморске. Мне до сих пор звонят из Академии наук и жена. Хотят знать всю правду.

— Лучше бы им совсем не знать, — мрачно вздохнул Вербиков.

— Что так? — вскинул брови Орлов.

— Об обстоятельствах убийства я вам уже докладывал, — сказал начальник следственной части. — А теперь открылись такие подробности… Впрочем, пусть лучше Ольга Арчиловна…

— Как вы знаете, — начала Дагурова, — следствие долго не могло установить личность убитого. А все потому, что человек, к которому Ляпунов втихаря приехал от жены в Южноморск и который знал об убийстве, не желал пролить свет.

— По какой причине? — спросил Орлов.

— Не знаю, как и назвать это. Стыд, что ли… Короче говоря, Владимир Емельянович, Ляпунов приехал к некоей Эвнике. Настоящее ее имя Евдокия. Эвника — изящнее. Так вот она — падчерица Ляпунова.