Мафия

И впрямь, Бородин, как панцирем, был весь забронирован золотыми монетами и драгоценностями. На его могучем теле поместилось этого добра пуда два, не меньше. Помимо золота и каменьев, он был облеплен толстым слоем долларов, фунтов стерлингов, западногерманских марок, итальянских лир и другой валютой. На вопрос Латыниса, кому принадлежит это несметное богатство, Бородин не ответил. Он вообще не проронил ни единого слова.

Оформив соответствующие протоколы, подполковник вызвал конвой, и задержанного увезли. Для того чтобы перевезти ценности, пришлось вызывать инкассаторскую машину и представителя Госбанка.

Разделался со всем этим Латынис около часу ночи. И тут же помчался в особняк Ступака, где еще находились Рунов, Ветлугин и Дагурова. Во дворе поместья подпольного миллионера стояли спецмашины, ходили милиционеры. Знакомый капитан, провожая Латыниса в дом, рассказал подробности о схватке, происшедшей здесь. В доме заканчивали обыск. Анатолий Филиппович, Валерий Иванович и Ольга Арчиловна уединились в одну из многочисленных комнат с Яном Арнольдовичем, чтобы услышать из первых уст о событиях на море и в больнице.

— Уверена, это ценности Ступака, о которых ходило столько легенд, — сказала Дагурова. — Вот почему мы их не нашли в доме.

— Чем объясняет отсутствие денег и драгоценностей вдова? — поинтересовался Латынис.

— Пока на эти вопросы она отвечать отказывается, — сказала Ольга Арчиловна. — Мы сначала попросили выдать все это добровольно. Говорит — ищите…

— А наркотики нашли? — спросил подполковник.

— Увы, вздохнул Ветлугин. — Даже натасканных на это дело собак использовали — ни полграмма…

— Ну что ж, проведем допрос, — решил Рунов. — Теперь у нас есть козыри.

Коротко обсудили план предстоящего разговора и вызвали вдову Ступака. Вид у нее был усталый, но держалась она довольно уверенно и спокойно. Трудно было предположить, что несколько часов назад на ее глазах застрелился муж.

— Наталья Егоровна, — начал Рунов, — по нашим сведениям, вы были сообщницей своего мужа Ступака, занимались хранением и распространением наркотиков.

Разве я похожа на сообщницу? — хмыкнула вдова. — Простите, не из таких.

— Которых лелеют и холят…

— А как же извоз? — усмехнулся генерал. — Ступак садился за руль роллс-ройса, а вы — «Ягуара», может быть, наоборот, не знаю. А по существу, это все равно что кучер — ванька.

— Это для меня было развлечением. Люблю водить машину. — Она улыбнулась своей неотразимой улыбкой.