Возвращение

И записку с уличным мальчишкой тоже могла отправить она. Правда, не вполне ясно, почему она тянула, а не сдала Айрина сразу же.

– Кто ее знает, – пожал плечами Горт. – Может, она использовала план любовника в своих целях. Догадалась о его затее, сопоставила со сведениями о его бабке, что-то выяснила… А потом, видимо, испугалась, что он и ее попотчует.

– Тоже может быть, – вздохнула я. – А может, они были сообщниками, но женщина насторожилась, узнав, что я приходила на причал. Я, правда, представилась другим именем, но меня могли признать в лицо. Она и кинула нам кость, Айрина то есть. Доказательств-то у нас нет. Конечно, если надавить на нее, она может и сознаться…

– Оснований для этого никаких, – сказал майор, – кроме подозрений. Пусть даже это ваши подозрения, госпожа Нарен, но они… как бы это помягче выразиться…

– Практически беспочвенны, – кивнула я. – Домыслы, ни единой улики, ни одного свидетеля!

– А купчиха не сознается, думаю, – добавил Горт. – Кремень, а не женщина! Будет стоять на своем до последнего.

– Да уж, – хмыкнула я, припомнив сцену на причале. – От такой, пожалуй, добьешься признания!

– Ну что ж, – усмехнулся майор в ответ, – бывают и у вас неудачи, а, госпожа Нарен?

– Бывают, – ответила я с улыбкой. – Еще как бывают, майор, и хорошо бы это была самая страшная неудача из возможных!

– И то верно, – серьезно сказал он, и мы распрощались.

Я медленно спустилась по лестнице, подождала, пока слуга приведет мою кобылу. Да, досадная неудача, и дело даже не в том, что я официально не работала по этому происшествию. Я могла бы потребовать возбуждения дела по своим подозрениям, но доказательства! Айрин будет отпираться, купчиха – стоять на своем, а у меня ничего нет. Ни показаний свидетелей, ни единой улики… Исключительно мои домыслы, майор Горт прав! Одно утешение: Завий Тай исправно платил в казну налоги, если так же будет поступать его вдова, то и пусть ее. Она ворочает такими деньгами, что и представить страшно, за одно это ее оправдать можно. И еще кое-что: я не догадалась посмотреть, но Вейриш увидел и сказал мне – госпожа Тай беременна. Месяца полтора, не более того, и, надо думать, она сама не знает, чей это ребенок, мужа или любовника. Скорее, мужа, конечно, если с Айрином она была близка пару лет и ничего не произошло… Но это не важно. По законам Арастена ребенок будет считаться отпрыском покойного мужа, даже если родится спустя год после его гибели.