Возвращение

Сняла домик: на постоялый двор с такими псами не пускают, а халупы сдаются только так! Мало ли, кому для какой надобности… Я надеюсь, вы не побоитесь ночевать со мной в одном доме, Лауринь?

– Я уже достаточно пьян, чтобы не испугаться, – ответил он.

– Вы до омерзения трезвы, – заметила я. – Только назавтра вам будет худо.

– Ну, это назавтра, – ответил он. – Что вы собираетесь делать?

– Вообще-то, – сказала я (мы уже въезжали во двор), – я собираюсь лечь спать. Печь обещали натопить, лошадей мы уж как-нибудь обиходим, Фанно переночует во дворе…

В снятом домишке нас и в самом деле ждала натопленная печь и даже скромный ужин. Неприметный паренек, которому я сунула в руку пару риссов, поклонился и исчез, оставив нас наедине.

– У вас есть какой-то план? – настойчиво спросил Лауринь.

Я только покачала головой. Если не удастся ловля на живца…

– Ложитесь спать, – сказала я, – вон, на лавку.

– А я на другую лягу, – хмыкнула я. – Давайте, Лауринь, я свечу задую! Чем раньше мы это сделаем, тем лучше…

– Пока сама не знаю, – призналась я, устраиваясь на широкой лавке и накрываясь вытертым меховым одеялом. – Надеюсь, хоть что-нибудь произойдет, иначе все наши приключения были зазря!

Было тихо, только потрескивали остывающие уголья в печке, слышались скрипы и шорохи – как обычно в старых домах… Кажется, я задремала, а очнулась от сдавленного вопля во дворе.

– Лауринь! – Я подскочила, едва не запутавшись в одеяле, засветила огонек-спутник.

Капитан будто и не спал: выскочил на двор вслед за мной. Различить, что там происходит, не представлялось возможным.

– Фанно! – окликнула я. – Харай!

По-вельски это означало «оставь», и Фанно послушался, однако выпустить злоумышленника не выпустил.

– О, кого я вижу! – приятно удивилась я, разглядев в свете огонька-спутника того, кого велья возил по снегу. – Господин Зот, что вы тут позабыли? О нет, не трудитесь отвечать, я сама догадаюсь: зачем-то пытались спустить моего пса с цепи… Может, скажете, чего ради?

– У… уберите его… – прошелестел Зот, отчаянно глядя на меня снизу вверх. – Умоляю, госпожа, уберите…

Немудрено взмолиться, если над тобой нависает пес мало не с тебя размером, да притом его громадные клычищи нацелены аккурат на твое горло! «Не трогай» и «свой» – это разные команды, и Зот явно об этом не знал.