Возвращение

– Ничего не понимаю! – Я нахмурилась. – Давайте по порядку, что за псарня, за что собак травить собираются, кто?..

Папаша Власий вздохнул, налил себе кружку ринта, выпил одним духом, крякнул и начал повествование.

Друг его, зажиточный горожанин по имени Сольвий Турр, когда-то начинал держателем доходного дома, доставшегося ему от отца, потом приобрел еще какую-то недвижимость, и еще… А когда получаемые от сдачи всего этого добра внаем средства позволили ему жить безбедно, поселился недалеко от города и занялся разведением собак. Породистых, разумеется.

– На сторожевых всегда спрос есть, – сказал папаша Власий, и я понимающе кивнула: чуть не за каждым забором по ночам мелькает здоровенная собачья тень, а то и не одна. – Господа охотничьих сильно уважают, а у Сольвия и гончие, и норные имеются… Он в них хорошо понимает, прямо чутье у него. Сам охотиться толком не охотился, зато таких егерей нанимает, чтоб собачек натаскали – господа потом за ними чуть в очереди не выстраиваются!..

Так и занимался этот человек своим делом: породы улучшал, – и дело это приносило ему немалый доход. Вот только недавно с ним неприятность случилась: одна из его собак напала на человека. Да не просто так…

– Так он и бойцовых разводил, что ли? – сказала я, когда Власий наконец описал, при каких обстоятельствах произошло нападение.

– В том-то и дело, что нет, госпожа Нарен! – Трактирщик ожесточенно комкал бороду в кулаке, так что я начала опасаться – не свалял бы он ее в войлок. – Никогда такого не было, не любит он этого дела, боев собачьих то есть. Вот только хозяин того пса клянется и божится, что у Сольвия его купил. И правда – тот один в округе таких разводит!

– А Сольвий что? – спросила я.

– А он уверяет, что в глаза не видел ни этого человека, ни этого пса, – угрюмо ответил Власий. – Он ведь на собаках сдвинутый малость, каждый щенок – как дитя родное, в абы какие руки не отдает! Проверит еще сперва, хорош ли будет хозяин, да потом и в гости наведаться может… Случай был: один умник сторожевого пса на цепь посадил, так Сольвий его назад силой забрал. Нельзя их все время на цепи держать, опасно – озлобится, кидаться начнет, потом только пришибить и останется!

– Документов, разумеется, нет, – уточнила я.

– У хозяина этого, чтоб ему пусто было, нету никаких бумаг, – кивнул трактирщик. – Но он-то говорит, будто их и не было. А такого быть не может, потому как у Сольвия строгий учет ведется.