Возвращение

– Я не уполномочен говорить об этом, госпожа Нарен, – покачал головой Лауринь. – Его Величество обо всем поведает вам лично, но, опасаюсь, не сегодня. Планы несколько изменились.

– Восхитительно, – процедила я. – И сколько еще прикажете мне торчать на этих невозможных вечерах? День, два, неделю?

– Вероятно, завтра или послезавтра все определится, – ответил Лауринь, глядя в сторону.

– Надеюсь, мое время будет оплачено соответственно, – дернула я плечом. – Хорошо, Лауринь. Раз уж вы ко мне приставлены… Как вы намерены меня развлекать? Может показаться странным, что дама с кавалером стоят столбом посреди зала, да еще с такими кислыми минами!

– Вы совершенно правы, – кивнул Лауринь. – Желаете, может быть, танцевать?

В соседнем зале как раз настраивался оркестр, юные девицы прикрывались веерами и стреляли глазками в поисках достойных кавалеров. Меня передернуло.

– Благодарю, не стоит, – решительно отказалась я.

Не представляю, какие танцы нынче в моде в Арастене, но уверена – мне они по вкусу не придутся. Да и в целом ситуация здорово напоминала фарс – все это когда-то уже было, а теперь повторялось, но в переиначенном, искаженном виде. Это было бы даже забавно, если бы я не настолько хотела узнать, что потребовалось от меня Его Величеству!

– Боюсь, на сегодня иных развлечений не предусмотрено, – скучным голосом произнес Лауринь.

– Удивительно неинтересно проводят время благородные господа и дамы, – посетовала я.

– Не сомневаюсь, госпожа Нарен, вы бы предпочли сейчас сидеть у камина и разгадывать очередное преступление, – вздохнул капитан.

– Кстати, одно я уже сегодня разгадала, – довольно улыбнулась я и заметила проблеск любопытства в глазах Лауриня. – Но вам, думаю, это неинтересно. Банальное убийство богатого старика из-за наследства, обернувшееся самоубийством. А вы ведь теперь делами большой важности занимаетесь, не так ли?

– Случается, – коротко ответил Лауринь. Он так и стоял на некотором отдалении от меня, заложив руки за спину. Вид у него был нерадостный.

Понятно, я ничего от него не добьюсь. Вернее, могла бы, но смысл? Вздохнув, я вынула из широкого рукава кисет (танцовщицы прячут в потайных кармашках лепестки, мелкие жемчужины или же высушенную рыбью чешую, чтобы рассыпать во время танца, зависит от времени года и достатка их хозяина), трубку, принялась ее набивать.

– Хотя бы здесь вы могли бы воздержаться? – спросил Лауринь сквозь зубы.

– С какой стати? – удивилась я, прикуривая. – Я вас шокирую?

– Скорее, окружающих.