Возвращение

– Сейчас открою! – оживилась женщина.

Скрежетнул засов, дверь распахнулась, и я оказалась нос к носу с прехорошенькой темноволосой женщиной, совсем молоденькой на вид.

– Проходите, пожалуйста, – пригласила она. – Присаживайтесь… Что вы хотели?

– Ваша работа? – протянула я ей салфетку.

– Моя, – улыбнулась она. – Вам нравится? Я могу что хотите вышить.

– Я не сомневаюсь, – кивнула я. – Вас ведь не Рия зовут?

– Вы Дита Ротт, – сказала я. – Не так ли?

– От… откуда в-вы зн-наете? – Женщина осела на стул, оттягивая воротник, будто он ее душил. – В-вы кто?

– Независимый судебный маг Флоссия Нарен, – отрекомендовалась я. – Расследую дело о вашем исчезновении, госпожа Ротт. Как видите, я вас нашла.

Я умолчала о том, что отыскать ее мне помогла только счастливая случайность и привычка шататься без дела по Разбойному кварталу.

Лицо Диты разом потеряло все краски. Казалось, она хочет сказать что-то, но не может. Она и правда не могла: потрясение оказалось настолько сильным, что бедняжке начисто отказала речь. Неприятная проблема, но не из самых сложных; странно, что женщину до сих пор не избавили от нее!

– Вы не можете говорить? – осведомилась я.

Она коротко кивнула.

– Что же, никто не сумел вам помочь? – приподняла я брови.

– Л-лейс… – выдавила, наконец, Дита, – он ск-казал… Э-этому н-не п-помочь. Н-не лечат.

– Чушь какая, – нахмурилась я.

Заикание лечится прекрасно, с этим маг-медик первого года обучения справится! Выходит… Ротту просто невыгодно было, чтобы жена стала нормальной женщиной? Очень на него похоже! Но мне от этого сплошное неудобство: как прикажете с ней разговаривать, если она запинается на каждом слове?

Я вздохнула: опять нарушаю правила, но… что поделаешь, надо же с ней поговорить!

– Скажите что-нибудь, – велела я.

– Что сказать? – вымолвила Дита и опять схватилась за горло. – Это… Это вы сделали? Что вы сделали?!

– Да ничего особенного, – отмахнулась я и полезла за трубкой. – Избавила вас от этого досадного недостатка. Благодарить не надо, это я ради сохранности собственных нервов – с вами же иначе говорить невозможно!

– А он говорил, что это нельзя поправить… Что ему так маг-медик сказал… – потерянно произнесла Дита.

– Я так и поняла, – хмыкнула я.