Мастер 4

Рассматривал он естественно используя возможности нового артефакта, в том числе и определял расстояние и «брал прицел». И естественно он не переживал о возможности намочить артефакт, очки не боялись морской воды, как и любой другой влаги. Да и потерять их он не особо боялся, как оказалось после изучения подробных описаний, очки не тонули, и после привязки к браслету и активации, что было сразу и сделано, их можно было отследить и найти на расстоянии до пяти километров. А если запустить «Неясыть», то и вообще практически где угодно, проблема могла возникнуть только в одном, как забрать их у кого-то другого, если они попадут вдруг в чужие руки."

"Они зашли в достаточно просторную гавань, расположенную у подножия вулкана, и прикрытую дополнительно мощными каменными волноломами. Вход в гавань дополнительно защищался парою внушительных фортов, сложенных из массивных камней. И Алекс даже не сомневался, что в фортах имеются мощные ударные установки, наподобие тех, что он видел на боевых кораблях, да и не только на боевых. Сами боевые корабли тоже были в наличии, как и яхты, и грузовые корабли, и прочие катера и рыболовные суда и лодки. Здесь был достаточно большой грузовой порт. И как позже Алекс узнал, Ан Гаальего занимались, в том числе перевалкой, хранением и перевозкой грузов и товаров и не только своего Дома Южного креста. Так что вокруг порта расположился целый небольшой город.

Небольшой катер с лоцманом на борту проводил их к причалу в отдельной марине чуть в стороне от грузового терминала, и где были пришвартованы только яхты и катера. Встречала их небольшая делегация, во главе с улыбающимся Анхелем Ан Гаальего.

— Лэрд Алекс, безмерно рад вас видеть, наконец-то я вас дождался, и смогу еще раз отблагодарить вас своим гостеприимством, прошу вас, друг мой экипаж уже ждет. Я теперь постоянно следую вашим советам лэрд Алекс. И это мое новое состояние нравится мне гораздо больше. Благодаря вам у меня началась практически новая жизнь. — как обычно многословно приветствовал его Анхель Ан Гаальего, и Алекс чувствовал, что тот действительно искренне рад.

Анхель Ан Гаальего еще больше изменился, еще похудел, чуть помолодел, и сейчас напоминал вполне себе здорового и бодрого мужчину среднего возраста, а не того измученного жизнью толстяка с одышкой, только его говорливость и жизнелюбие остались прежними.