Песочные часы

Не зная, что делать в таких ситуациях, старалась ободрить, убеждая, что ему ничего доказывать не нужно, что всё пройдёт, как только он перестанет об этом думать, да и вообще неважно. Для меня неважно, потому что никак на моё решение не повлияет. Потом поцеловала.

Поцелуев потребовалось много, пока виконт наконец-то со вздохом согласился остаться.

Подошла, поставила чашку и бутылку на стол и села рядом.

Виконт сказал, что в одной рубашке я простужусь, на что возразила, что в своём доме вольна делать, что угодно.

Что ж, никогда этого не делала, но придётся его соблазнить. Потому что это нужно обоим. Я настроилась, но не получила желаемого, он потерял уверенность… Всё-таки судьба и так сильно потрепала, чтобы ещё и мужчиной перестал быть. Ему Рагнара воспитывать — а кого воспитает раздавленный отец? Ещё до Арарга не доберётся, напьётся где-то, ножом в бок получит…

Мои усилия увенчались успехом: удовольствие я получила. И не только я.

Когда встала покормить дочку и, заодно, собраться на работу, норн ещё спал.

Написала записку, обязалась придти вечером в гостиницу. Зачем? Желала снова увидеть сына, а без виконта это невозможно. Да и деньги на воспитания Согары не помешают. И об отце хотелось что-то узнать — виконт наверняка знал. Поговорим по-человечески.

Отнесла Сагару соседке и приступила к ежедневным обязанностям. А в голове роились мысли. Что не должна была спать с ним. Не повела ли себя, как собачонка: пришёл, поманил, приласкал — и отдалась. Хотя, не спорю, понравилось. Но не следовало, потерпела бы, не умерла.

И не нужно было дарить надежду. Но верно говорят: в женщинах сильно сочувствие.

Импари. Красиво, конечно, почётно для дочери торговца. «Благородная сеньора виконтесса Иалей Тиадей» — ласкает слух, как и глаз драгоценности, которые купит муж, только нужно ли мне это? Положим, я уже не торха, обладаю всеми правами, защищена от насилия, имею право говорить, но всё равно за пределами особняка или замка поджидает людская злоба. Не верю, что высшее общество Гридора меня примет, а вечно прятаться за спиной мужа, общаться только с нориной Мирабель…

Стоило ли бежать, стоило ли приносить в жертву Тьёрна, чтобы вернуться к тому же человеку?

Он отец моих детей, не безразличен, но я не люблю его. Мне очень жаль, Сашер альг Тиадей, но мы с вами из разных миров, слишком разных миров, и ваш мир я не приемлю, а вы свой не покинете.