Песочные часы

Она вскользь обмолвилась, что это связано с поступком супруга, который мог стоить ему карьеры. Я понимала, речь о Шоанезе, и гадала, жив ли тот. Наверное, лучше чтобы выжил, иначе хозяину не остаться Коннетаблем, да и, возможно, не только им.

Позднее узнала, что в те дни норн был как никогда близок к отставке, но отделался потрёпанными нервами, выговором от Его величества и выплатой казне и семье бывшего друга некой компенсации. Так как Шоанез сам задолжал Тиадеям, обогатилось только государство. Догадываюсь, хозяин отделался малой кровью.

Арарг планировал карательную операцию против какого-то своевольного мелкого государства. Её поручили возглавить хозяину. Наверное, чтобы утихли страсти, а сам он оказался подальше от столицы. Ну, и в качестве наказания тоже.

Уезжал он в спешке, чуть ли не ночью — этого требовала королевская депеша, попрощался только с женой.

На меня в дни разбирательств хозяин к себе не звал, обращал внимания не больше, чем на других слуг. Я была не в обиде: после происшествия в театре малейшее проявление мужского интереса вызывало страх.

Дни без хозяина текли в сутолоке привычных рутинных дел.

Я поровну делила время между уборкой и госпожой. У нас установились доверительные отношения, хотя в разговоре у неё периодически проскальзывали высокомерные нотки. Всё-таки я рабыня, которая обязана расчёсывать ей волосы, мыть ноги, чистить и подстригать ногти, подшивать платья, убирать грязные вещи, прислуживать за столом и бегать по поручениям, пусть даже среди ночи.

Сдачу с покупок норина Мирабель часто отдавала мне: не желала таскать гору мелочи, так что к концу месяца набиралась серебрушка.

Походы в город за шпильками, сладостями, беготню к модистке, ношение писем старым подругам я использовала с умом, продолжая знакомиться с лабиринтом улиц. Теперь я легко ориентировалась в нескольких кварталах, изучила закономерность планировки, а потому без труда доходила до ворот.

Мне нравились Согретские — там всегда много народу, и стражники не так внимательны. Проскользнуть мимо них при желании не составит труда, только вот агейры… Демоны пугали. Не нравилось, как они каждый раз напрягались при появлении рабов, будто по запаху определили наличие браслета.

Однажды, когда я слишком близко подошла к решётке, один из агейров угрожающе зашипел, обнажив ряд двойных зубов. В алых глазах зажёгся огонёк охотника, почуявшего жертву.

— Эй, чего здесь забыла? — окликнул солдат.