Сокровище

 – Но у нас это отняли. Однако я доставила сюда другую ценную субстанцию. Возможно, ты сможешь обменять ее на то, что нужно, чтобы спасти твоих дочерей?

Я начинаю доставать из кармана флакон Небесного меда, но она, прищурившись, смотрит мне прямо в глаза. И раскидывает руки.

– Какую сделку ты хочешь заключить со мной, находясь в этой тюрьме?

– Мы могли бы тебе помочь, – предлагаю я, чувствуя, что в груди еще теплится слабая надежда. – Если ты вылечишь Мекая, я отдам тебе нечто ценное, что ты могла бы обменять на Небесную Росу.

– У. Тебя. Нет. Ничего. Что. Мне. Нужно. – Она выплевывает каждое из этих слов отдельно. – И все твои сделки ничего не стоят.

Мои глаза округляются.

– Талисман? – Я в замешательстве поворачиваюсь, чтобы внимательнее посмотреть на Мекая, который сейчас так опирается на Джексона и Хадсона, будто те только мешают ему осесть на пол. Мысль об этом внушает мне еще бо`льшую решимость попытаться достучаться до этой женщины.

– Какой талисман? – спрашиваю я.

Она щелкает пальцами, и Мекай вскрикивает, потому что у него подгибаются колени.

Тени, которые мы храним

Когда Мекай вскрикивает, Хадсон и Джексон подхватывают его, не дав ему свалиться на пол.

Королева отворачивается от нас с презрительным смехом, опять щелкает пальцами, и цепочка, висящая на шее Мекая, рвется и падает к ногам Хадсона.

Он пытается подобрать ее, но первой ее подхватывает тень и переносит к Королеве Теней.

Тень роняет цепочку к ее ногам, и несколько секунд королева не сводит глаз с маленького золотого медальона.

Вид у нее такой, будто это некая теневая тварь, которая может отравить ее. Однако в конечном итоге она все-таки нагибается, и едва ее пальцы сжимают маленький медальон, ее лицо искажается, плечи никнут, она закрывает лицо руками, и все ее тело сотрясает дрожь.

При виде ее мук у меня обрывается сердце. Будь она кем-то еще, я бы подошла к ней и попыталась сделать… хоть что-то. Что-нибудь такое, что могло бы смягчить ее боль.

Но она та, кто есть. Она Королева Теней, женщина, которая держит судьбу Мекая в своих руках.

И если она решит не помогать ему… если она решит не помогать ему, то я не знаю, что делать.

– Я дала Лореляй этот талисман, когда ей было пять лет, – шепчет она в гулкую тишину зала. – Я сказала ей всегда носить его и никогда не снимать, чтобы она всегда была защищена. Он был на ней, когда появилось это проклятое место, и я… – Ее голос срывается. – Я представляла себе, что с тех пор она носит его не снимая.