ВоенТур 3 (СИ)

— Два часа назад я получил приказ из штаба фронта — срочно прибыть с тобой на их КП в Смоленск. Ну, заодно решил воспользоваться твоим самолетом.

— Ясно, товарищ генерал. Самолет и пилот готовы к продолжению полета!

— Мой адъютант поместится?

— Обижаете… Разрешите вопрос?

— Радиограмма подписана комбригом Петрушевским… Я ответил на твой вопрос?

— Нет. Я хотел узнать, на КП фронта есть площадка, куда можно сесть?

— Да. Там базируется эскадрилья связи на У-2.

— Понятно. Тогда летим?

— Присядем на дорожку…

Еще от Еременко, при встрече с ним у переправы под Борисовоммы узнали, что в командование фронтом скоро вступит маршал Тимошенко. Так что, скорее всего нам предстояла встреча с Наркомом обороны. А Еременко и Буденный становились его заместителями. В санатории, где расположился командный пункт фронта, мы с генералом Филатовым добрались без происшествий.

Без труда нашли его совсем рядом с Гнёздово, где в двухэтажном главном корпусе располагался штаб фронта. Маршала Тимошенко в кабинете не было. Адъютант сообщил, что он с минуты на минуту появится.

И действительно, вскоре Тимошенко вошел в приемную. Так я впервые увидел Семена Константиновича. Именно он скажет, когда ему предложат написать мемуары о Великой Отечественной войне: «правду написать не дадут, а врать я не хочу!.. », и откажется. Он отличался кавалергардским ростом и телосложением, говорил рокочущим баритоном с явно заметным украинским акцентом. Маршал ответил на наше приветствие и жестом руки приказал обоим следовать за ним в кабинет. Едва закрылась за нами дверь, строго, но без раздражения спросил командарма:

— Где вы чуть ли не целую неделю пропадали? Вас нельзя было изловить на армейском КП!

— Я выполнял приказание генерала Еременко, потребовавшего от меня лично обеспечить удержание рубежей по восточному берегу Березины в армейской полосе.

— Добрэ, — вдруг как-то по-домашнему произнес маршал.

— Это на Еременку похоже, он сам готов идти в штыковую атаку и других заставляет делать то же самое.

Мы с генералом Филатовым слегка выдохнули. Но не надолго…

— О действиях Крейзера и Жидова я знаю практически все. А вот о нем, и его действиях, наоборот, почти ничего. — При этом, он ткнул в меня указательным пальцем как штыком. — К завтрашнему утру напишешь подробный рапорт о действиях своей бригады. А сейчас краткий доклад!

— Ясно, товарищ маршал! Разрешите приступить?

Я уложился в полчаса. Горло пересохло напрочь. Желание пить стало очень сильным.