ВоенТур 3 (СИ)

Утром 4 июля бригада контратакой попыталась сбросить немцев с захваченного плацдарма, однако была встречена мощным огнем. Контратака была неудачная и к исходу дня подразделения пришлось отвести на рубеж реки Клева.

Я снова зашуршал картой:

— Погоди, погоди… — Найдя на карте название реки, на глаз прикинул на сколько отошла бригада, — получается отошли на три километра?

— Да, как ты понимаешь обороняться за водной преградой легче.

— В районе Свислочи, где оборонялась восьмая бригада, несмотря на поддержку 122 КАП, немцам удалось захватить плацдарм на Березине на пару дней раньше.

— Это что же получается, что мы тут спокойно сидим на жопе, а нас опять обходят?

— И не просто обходят, а опять готовят «двойные клещи»!

— Ехать в штарм-13 и предлагать помощь.

— Только сначала разберемся с более грозным противником…

— Да знаешь ты его… Банно-прачечный отряд!

— Это да… Думаешь договоришься?

— А другого выхода у нас нет!

К девушкам мы попали в разгар обеда. Все таки женщины всегда остаются ими. Большая палатка отведенная под столовую была красиво оформлена, белые скатерти, накрахмаленные салфетки, тарелки вместо котелков, одним словом — сплошная красота. Единственное, что портило общее впечатление — это неприятный запах, идущий от котлов, в которых вываривалась стирка. Мгновенно все разговоры стихли, и все повернулись в нашу сторону.

— Здравствуйте девушки, здравствуйте красавицы! Гостей принимаете? — Но прием оказался крайне холодным. Поэтому мы без лишних слов уселись за длинным столом.

В себя пришел от довольно чувствительного тычка Нечаева.

— Командир, ты кушать будешь?

— Да нет… — И увидев взлетевшие от удивления брови, добавил, — мне бы с девушками поговорить.

— Сейчас они закончат обедать и поговорите. Может быть холодного кваса?

— О-о-о!!! Это было бы очень кстати…

Я был готов отдать самое дорогое на отсечение, но вторыми «девяносто» она виляла цинично и преднамеренно. Мы с дедом Павлом, только и смогли, что молча скосить друг на друга глазами, так ка всеми своими фибрами чувствовали, что за нашей реакцией на эту провокацию внимательно следят несколько десятков пар глаз.

Квас был превосходен. Я допил его залпом и стал молча наблюдать, как жестяной бокал поблескивает в лучах солнца. Наверно, не стоило смотреть на это долго — меня посетила целая вереница воспоминаний. Из них меня вернул приятный глубокий женский голос:

— Превосходен… как и все остальное… — при этом я неспеша опустил взгляд чуть ниже ее лица.

Молодая женщина зарделась.