Маневры 3

В разговор вступил заместитель начальника артиллерии укрепрайона: — А не лучше командира передового отряда пригласить сюда и вместе, сообща так сказать помозговать?

— Не успеем, немцы еще часа полтора, максимум два и тронутся, а у нас еще ничего не готово! Давайте сейчас согласуем все моменты, а потом подумаем как лучше поступить с танкистами.

Подполковник Нечволодов

Командира артполка в этот момент вызвали к телефону. Вернулся он через пару минут и возмущенно сказал:

— Черт знает что! Какие-то индейцы заняли мой НП и утверждают, что они тоже артиллеристы!

— Товарищ майор, а почему индейцы?

— Ну сами посудите, когда мои бойцы прибыли на НП, они уже там расположились, как у себя дома.

Сначала их приняли за лазутчиков — незнакомая форма, оружие, снаряжение, ну и решили взять в плен.

У меня, когда майор начал рассказывать как-то нехорошо заныла рука в локте, смог только выдохнуть:

— Ну?

— Мои когда в блиндаж вломились толпой, те начали дико кричать и дрыгать ногами, при этом так по матушке крыли, что наших сомнение взяло.

Слово за слово, ну вроде нашли общий язык, хотя одним глазом немца смотрят а вторым руг за другом следят. Вот я и говорю, кто они после этого, как не индейцы?

— А где Ваш НП расположен?

Склонившись над картой Руденко показал на склон высоты, на которой должна была расположиться одна из наших групп, во главе с капитаном из ЦАОКа. Понимающе переглянувшись с Едрихиным, я продолжил обсуждение плана контрподготовки, а майор отошел к нашему связисту.

Вот он взял в руки\ трубку телефона, вот он говорит и кивает при этом головой, вот отдает трубку связисту и поворачивается в мою сторону и спокойно кивает головой. Ф-у-у-х, меня напряжение отпустило, даже свою левую руку стал чувствовать.

— На этом моменте я хочу остановиться подробнее, самый опасный участок прорыва, вот здесь в сторону Радзехова не превышает трех с половиной километров. На этом участке мы можем сосредоточить огонь практически всех наших батарей, довести плотность огня до восьмидесяти стволов на километр фронта.

Предлагаю, как только все дивизионы доложат о готовности обрушить на него двадцатиминутный огневой удар. Затем методическими короткими налетами мешать ему приводить себя в порядок. Утром когда противник, как обычно, начнет наступать, мешать ему занимать исходные позиции И наконец, нанести всей артиллерией новый массированный удар по его артиллерии, пехоте и танкам, когда враг пойдет в атаку...