Химера

Исчезновения девушек и легенда деда Матвея всколыхнули в нем старые фантазии об ужасном монстре, жертвой которого он едва не стал в далеком детстве.

Словно холодом подуло в затылок.

Когда юного Митю выписывали из психиатрической клиники, он надеялся, что страхи и видения остались в прошлом. Он вырос, устроил жизнь, похоронив глубоко в душе ужасное воспоминание о холодной воде и чьей-то руке, хватающей его за щиколотку. И вдруг, в один момент, эти образы вернулись, сметая тщательно выстроенные ограждения из логики и рационального, на которых держалась его взрослая жизнь.

Холодная вода… песня над рекой… чмоканье белья…

На всем пути до места, где остался катер, они брели молча. Только когда отчалили, Леонидыч сказал:

– Гнетущее впечатление, правда?

– Поверил в фараончика?

– Не знаю, – неуверенно произнес Митя. – Но под описание подходят все известные нам приметы: и среда обитания, и похищения, и даже голос.

– Получеловек-полурыба, – хмыкнул Леонидыч. – Ихтиандр. Как говорят у нас в Одессе: мама, роди меня обратно…

Окончание фразы накрыл рев заработавшего мотора, запущенного инспектором. Катер разогнался. Деревня Пятница с богатыми особняками, среди которых пряталась старая почерневшая изба, наполненная жуткими историями, поплыла мимо и осталась позади. Леонидыч стоял за рулем как влитой – только ветер трепал редкие седые пряди, выбивающиеся из-под кепи. Глаза были скрыты под дешевыми солнцезащитными очками.

– Матвей убедительно глаголет, – сказал он, не поворачивая головы. – Даже меня проняло. А меня не очень-то заставишь верить в сказки.

– Может, так и есть? – Мите пришлось перекрикивать ревущий мотор. – Может, мы столкнулись с потусторонним существом?

– Нет, – отрезал Леонидыч. – В фараончика, который наказывает людей за грехи, я не поверю. Скорее уж в крокодила…

Он погасил скорость, чтобы волна катера не перевернула плывущую навстречу прогулочную лодку с тремя девицами в купальниках. Одна им помахала. Ни Митя, ни инспектор не ответили на приветствие.

– В одном дед прав, – продолжил Леонидыч. – Я о логове.

– Между пропажей девушек и обнаружением останков имеется интервал в несколько дней. Животное он или человек – у похитителя должно быть логово. Место, где он спит, куда тащит своих жертв. Найдем логово – найдем и его.

Митя озадаченно потер лоб.

– Но где искать логово?

– Уж точно не на дне. Во-первых, извини, трудно в это поверить. А во-вторых, близкие к следствию люди рассказывают одну вещь.