Человек из Пекла. Книга 3

— Заткнись, Каштан… вдруг он понимает!

— Лекса, систа моя, ущипни меня…

— Кумарчик, я въе…ть могу только…

— Шо-об мне провалиться…

— Да уж… такой перекусит надвое и не заметит, ля какая пачка…

Рейдеры остановились метрах в трёх от пришельца. И даже так приходилось поднимать голову, чтобы оглядеть всю его фигуру. Шепотки позади Медоеда и Горца стихли, образовалась пауза. Разумеется, в это время Дима и его отец уже "разговаривали" с "чужим", но остальные этого не знали.

Пришелец вдруг расцепил руки. Одной снял капюшон, показав морду. Рейдерам всё же хватило выдержки промолчать. Но поразило всех не ужасной внешностью чудища или огромными в палец загнутыми зубами, а горящими настоящим и неподдельным разумом глаза. Такое не спутать. Очень и очень редко, но тем же Охотникам иногда попадалась Элита, у которой взгляд тоже горел явным интеллектом, но сейчас, видя перед собой эту… тварью и не назвать уже… это существо и смотря ему в глаза, сразу приходило осознание его разумности и живого ума. Ко всему прочему, взгляд этот был колючий и тяжёлый, но никто из людей не отвёл глаз. Вот ещё, тушеваться перед поямоходящим Элитником с мозгами. На девушек, к слову, монстр не обратил никакого внимания, лишь мазнул взглядом. Наверняка Птахе это не пришлось по душе.

Затем пришелец сделал удивительное, он зачем-то надкусил себе запястье и оросил кровью пространство между собой и людьми. Некий ритуал, поняли рейдеры.

Горец через пару секунд сделал тоже самое. За ним и Медоед, правда, надкусить не смог, полоснул по ладони обычным ножом с коротким и широким клинком, который тоже всегда носил с собой и использовал обычно для потрошения споровых мешков. Пришелец после этого, явно удовлетворённый, забухтел низким басовитым рыком, "кашлянул" пару раз и уселся, сложив ноги по-турецки. Уселись и Горец с Медоедом. Остальные рейдеры остались стоять.

Минуты три прошло в тишине. Рейдеры не понимали, что происходит. И только Птаха, только сейчас поняла, что означал тот жест Горца… и не верила в это, хотя и осознавала, иного объяснения быть не может.

— Так а шо… — начал было шёпотом Бесогон, но Птаха его перебила.

— Потом, Бес, молчи. Все молчите! — чуть громче шикнула она и остальным. Глянула на Сойку с Анжеликой. Те стояли спокойно, словно и так обо всём знали. И наверняка ведь знали. Тут же в голове Птахи начали складываться некоторые детали картины. Медоед и Анжелика. Их невероятное просто взаимопонимание и ощущение, что они словно взглядами между собой общаются.