Человек из Пекла. Книга 3

Рейдеры восстанавливали силы, планировали дальнейший маршрут. Оставался ещё один сложный участок, полоса Черноты, начинающаяся в городских кластерах преддверия Пекла и тянущаяся далеко на Восток чуть ли не через всё Приграничье. Торговые колонны, конечно же, обходили это пятно по более безопасному и длинному пути, а вот сталкеры и рейдеры наоборот, "проскакивали" этот участок по Пеклу. Вообще, возле Черноты тварей всегда было немного, так что если действовать осторожно, шансы остаться в живых очень возрастали. Плюс всегда имелась возможность и приподняться на споранах, но опять же, без фанатизма, жадность в Улье, а тем более в Пекле, очень быстро и смертельно больно наказуема.

Судя по картам бандитов Раги, до пятна отсюда, если по прямой, километров четыреста. Если повезёт, можно за пару дней осторожного продвижения преодолеть это расстояние. Тем более, машины есть. Сначала думали ехать на двух, но в итоге решили не разделяться и передвигаться на одной.

После этого пятна до Перепутья ещё километров триста. Около двух недель пути в общей сложности, если со всеми перестраховками. А как оно окажется на самом деле, тут уж предсказывать никто не брался. Да и неблагодарное это дело в Стиксе, пошутить над такими "планировщиками" он любит, потому и не загадывали наперёд.

Отношение к Диме после того разговора внешне не изменилось, но на деле рейдеры Бесогона, да и он сам, стали куда внимательнее и втихоря всё же "присматривали" за парнем. Винить их за это нельзя конечно, в другом случае и сам бы Медоед так же себя вёл. Совершенно не изменилось отношение только у Анжелики и это радовало и успокаивало Диму больше всего, он этого, на самом деле, боялся. Девушка его даже дурачиной за это обозвала в одну из ночей. К слову, рейдеры на время вынужденного отдыха "расселились" по разным домам. Абу, в основном, жил с Анжеликой и Медоедом. Девушка, кстати, заметила, что когда Дима спит, обезьян частенько по несколько минут вглядывается тому в лицо. А ещё, парень стал чуть более замкнутым, а между бровей пролегла морщинка.

— Дима, в чём дело? — однажды спросила она, когда он снова впал в задумчивость, просто уставившись в одну точку.

— Всё нормально, Анжелика, — ответил он, как ни в чём ни бывало.

— Дим, я же вижу. Ты как сам не свой после… — она осеклась, подбирая слово, но Медоед понял. — Если тебя всё ещё тяготит, что ты нас всех чуть не поубивал… ну не убил же, мы все всё понимаем. Все живы.