Искатель – 3

Толпа торговцев, недовольная моим решением буквально загудела, и стали слышаться возмущенные крики. Да что там, второй участник, что стоял в очереди сразу за воришкой, так вообще выступил с гневной тирадой:

— Неужели вы позволите вору вот так безнаказанно уйти?

Я пресёк все возражения толпы и подняв руку.

— Цена моего молчания — 12 золотых, — твёрдо сказал вору. — И ты, естественно, вернёшь все украденные у нас вещи немедленно.

Мужчина стал быстро выворачивать карманы. На землю посыпались серебряные статуэтки, несколько крупных кусков золотой руды, неогранённый рубин и горсть мелкого жемчуга.

А нехило он решил нас нагнуть. После того, как мужчина поднял руки вверх, сообщая, что у него, из наших вещей больше ничего нет, Белла тщательно его обнюхала, а затем кивнула, подтверждая слова воришки.

Мы с вором пожали руки, и я получил от него оплату практически двадцать четыре золотых. Половина за товар, а вторая — вира за молчание. Вор дернулся, но я крепко держал его руку, а затем обратился к недовольному второму покупателю в очереди.

— Вызовите стражу.

Торговая площадь погрузилась в тишину.

Воришка взревел раненым зверем и попытался высвободить руку из моих тисков.

— Подождите, подождите, но Вы ведь взяли деньги и обещали молчание, как вы смеете нарушать прилюдно собственное слово?!! Система покарает Вас!!! — завопил вор, дёргаясь в моей хватке.

Толпа торговцев стояла в шоке. До моих ушей стал доноситься ропот о нарушении клятвы, сделке и обмане.

Ха! Хитро улыбнувшись, я спокойно пояснил толпе:

— Уважаемые, вызовите стражу! Я как и говорил, более не имею претензий к данному мерзавцу.

Только вот хозяин всего этого груза не я, а Белла. И только она в праве предъявлять претензии за воровство личной собственности.

Я двинул вора кулаком по печени, а затем повернулся к Белле, поклонился и торжественно произнёс:

— Мисс Белла, хотите ли вы выдвинуть обвинение как потерпевшая сторона и хозяйка данных товаров и сообщить страже города о случившимся?

Белла нерешительно улыбнулась, её хвост описал невообразимый кульбит.

Было видно, что ей не привычно слышать к себе такое обращение и тем более, что-то решать, но колебалась она не долго, и её решение было безжалостно:

— Да. Я не могу допустить, чтобы воры, совершившие такую наглую кражу среди бела дня, уходили безнаказанно. Стража!!!

— Ублюдки! — завопил вор.

Толпа ахнула, а затем со всех сторон до меня стали доноситься задорные смешки и пересуды. Да, перекупщики и торговцы те ещё затейники.