Пограничник. Том 3: Шамабад должен гореть!

— Ой, че только с ними мы не делали: и варежки, и шапки из них шить можно. Были у нас умельцы когда-то. Служил с нами один калмык, Базыром Гаджуровым его зовут. Дембельнулся он. Так тот даже как-то енота сожрал. В одну калитку. Мы тогда в рабочей группе были. Два дня на речке сидели. Ну он костер развел и…

— Ну ладно, — улыбнулся я, — отпусти ты животное, Дима.

— А че? Не нужен? — Удивился Синицын.

— А ты из него умеешь варежки шить? — Спросил я с шутливым упреком.

— Нет, я не умею, — грустно признался Дима.

— Ну тогда отпусти.

Дима почему-то даже расстроился. Сказал:"

"— Ну тогда разойдитесь подальше. Еноты, они злобливые, что твой черт.

Мы чуть-чуть посторонились, и Димка запульнул енота обратно в кусты. Потом зачем-то приблизился, чтобы посмотреть, куда он упал.

В следующее мгновение, енот со страшным визгом и шипением выскочил из кустов, кинулся на Синицына. Погранец взвизгнул, когда зверек быстро вскарабкался по голенищу и укусил его сапог.

— Уйди! Уйди, зараза мохнатая! — Визжал Дима очень чистым тенором, — уйди-и-и-и!

Погранцы грянули дружным смехом.

Дима с трудом отодрал зверя и снова кинул в кусты. Тот тут же выскочил обратно, и Синицын отпрянул от него как ошпаренный.

— Брысь! Брысь! — Опомнившись, крикнул он.

Енот оскалился, низко заурчал и уставился на пограничника настоящим волчьим взглядом. Потом сделал хвост трубой и медленно попятился к кустам. Затем быстро юркнул в заросли и зашуршал где-то внутри них.

— От зверюга, — сказал Синицын, с досадой осматривая свой яловый сапог, — голенище мне попортил! Гляньте! У меня тут вмятины от его зубов остались!

— Еще чуть-чуть, и он бы сам из тебя шапку сделал, — хмыкнул я.

Погранцы рассмеялись.

— Из меня бы вышла плохая шапка. Холодная, — растерянно улыбнулся Дима.

Пограничники развеселились и, обсуждая всю эту забавную ситуацию, хотели было уже двинуть дальше.

Хотя я рассчитывал, что кто-то из парней найдет бумажку, у меня даже появилась мысль «отыскать» ее самому. Однако выручил Вася Уткин.

— О, а че это там? — Удивился он, зачем-то обернувшись.

— Где? — Спросил Миша Солодов.

— Вон там, на КСП.

— Мусор какой-то? — Предположил Сагдиев, глядя на уголок бумажки, которую трепал легкий ветерок.

— Надо проверить, — сказал я строго.

Вася кивнул и потопал к ней. Потом достал, отряхнул от земли и развернул. Мы все приблизились к Уткину. Любопытные погранцы стали заглядывать ему через плечо.

— Какая-то схема рукописная, — задумавшись, сказал Дима Синицын.