Восстание

 — Здесь непременно будут встречать мой поезд старые друзья. Нужно выйти на перрон… Вы пойдете?

— Нет, — ответил Колчак. — Я частное лицо, и вряд ли кто-нибудь знает, что я еду в этом поезде.

Когда поезд остановился на станции, генерал Гайда вышел из вагона и действительно увидел на перроне группу офицеров во главе с командующим войсками Иркутского военного округа генералом Элерц-Усовым, которого Гайда хорошо знал еще со дней чешского мятежа.

Офицеры вытянулись и взяли под козырек. Элерц-Усов, пожимая руку Гайде, поздравил его с возвращением и стал расспрашивать о высадившихся во Владивостоке войсках союзников.

Гайда отвечал рассеянно и односложно. Он все еще был занят мыслями о неоконченном разговоре с адмиралом.

— Иркутск — Москва, — многозначительно сказал Элерц-Усов, ударив перчаткой по эмалированной дощечке на вагоне. — Сама судьба указует вам путь…

— Да-да, — произнес Гайда и вдруг, вспомнив улыбку адмирала, спросил: — Вы знаете, кого я везу в своем поезде?

— Нет, ваше превосходительство.

Гайда нагнулся к уху Элерц-Усова и доверительно шепнул:

— Адмирала Колчака. Может быть, будущего диктатора России…

Колчак был обеспокоен разговором с Гайдой. Нашелся новый претендент на власть главнокомандующего. Он был опасен. Он стоял во главе чешского мятежа в Сибири, мятежа, который сделал его генералом и принес ему известность среди союзного генералитета.

«Вологодский прочит его в главнокомандующие, значит, так решила директория. Почему? Может быть, так хотят американцы? Вологодский был у мистера Морриса… Нет, но главнокомандующим должен быть диктатор… Нельзя отделять власти диктатора от власти главнокомандующего… Единственная реальная сила — это армия. Знает ли о Гайде Нокс?»

Адмирал откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.

«Нокс. Но ведь сам Нокс во Владивостоке познакомил меня с Гайдой. Зачем он свел нас? Обо всем было переговорено, все было обусловлено, почему Нокс ничего не сказал о Гайде? Значит, Нокс не знал о телеграмме Вологодского…»

Колчак вспомнил свою встречу с Ноксом на японском курорте. Они встретились как англичане-соплеменники, видимо, Нокс продолжал считать адмирала офицером английской службы. Он разговаривал с Колчаком доверительно, как равный с равным, как с человеком одних взглядов и одних целей.

— Каким образом можно создать власть в Сибири? — спросил тогда Нокс.

— Путь к власти один — вооруженные силы, — сказал Колчак. — Только командующий вооруженными силами сможет осуществить всю полноту власти.