Метро 2033: Под-Московье (трилогия)

— И что с ней сделали? — с любопытством спросил тот же парень.

— С ней-то ничего, жива-здорова. Нюта, видно, в обиду ее не дала, прикрыла. Только пальчиком погрозили. Да и парня-то ведь все равно убили.

— Да нет, его ранили, а потом нашли и взяли в плен. Но не казнили. Зачем молодому и способному мужику за так пропадать? Подлечили его и дали возможность кровью искупить свою вину. Только через месяц он все равно погиб в бою с мутантами…

— Да не погиб он! Говорят, так и живет там, под другим именем только.

Инвалидом, правда, стал, еле ходит…

— Да все ты сочиняешь! Не могли его взять живым, не дался бы. Потому что он был не тебе чета. Он был профессионалом. Спецназовцем с Красной ветки.

— А чего ему убивать-то вздумалось того типа?

— Потому что это был фашист. Такой садюга, что его даже из Рейха выгнали. Форменный зверь. И у разведчика этого было задание — найти его и убрать. Но задание было секретным, и открыться он никому не мог, даже коменданту. Потому и погиб.

— Да не задание это было! Этот зверюга-фашист его жену и дочь замучил. А он отомстить хотел. Своими руками приговор в исполнение привести. На власти не надеялся уже. Долго он этого фашиста выслеживал, маскировался. На Улицу девятьсот пятого года пришел с шайкой бродяг или челноков, притворился одним из них, чтоб фашиста не спугнуть раньше времени.

— Вот бедняга! И верно, на власть надежда плохая, своими руками — оно надежнее…

— Да не было у него ни жены, ни дочери!

— Все равно жаль его, хороший, видно, был мужик.

Маш, — окликнул говоривший красивую темноглазую женщину с повязкой на руке, — а ты ничего не слыхала про того разведчика красных, которого в туннеле к Беговой убили? Вроде вы с Иваном вскоре после этого к нам пришли?

— Слыхала, конечно, — охотно откликнулась женщина. — А только все не так было, люди добрые. Когда уже ни на что тот беглец не надеялся, появились солдаты ему на подмогу и спасли его.

— Ну что ты мелешь? Какие солдаты, откуда?

Женщина подняла здоровую руку, приложила палец к губам — при этом на запястье звякнул браслет.

Цепочка с фиолетовыми переливающимися камушками. Оглянувшись по сторонам, та, которую назвали Машей, загадочно сказала, понизив голос:

— Из Изумрудного города солдаты. Только никому не говорите. Они с собой его забрали, теперь он там живет. Там хорошо, чисто, светло, люди ученые да вежливые.

Сидевшие у костра дружно расхохотались.