Метро 2033: Под-Московье (трилогия)

 — На войне такому красавчику делать нечего — толку от него не будет никакого». Но неприязнь тут же ушла, сменилась любопытством. Не каждому дано извлекать из бездушной трубки такие гармоничные звуки. Интересно, где парень научился этому? Какое-то воспоминание шевельнулось в памяти — как будто он уже видел эти зеленые глаза, этот беспечный взгляд…

Мысли прервала Марина, дернув Игоря за руку, — к остановке подошла дрезина. Они заторопились. Расплатились и уселись на сиденья.

— Видели флейтиста? — спросила пожилая женщина, одетая в потрепанный и не слишком чистый розовый спортивный костюм.

 — Говорят, какого-то большого начальника сынок. Из дому сбежал, скитается в метро. Отец, говорят, знать его не хочет.

И тут Игоря осенило — он вспомнил, у кого он видел такие же зеленые глаза, такую же независимую осанку. Правда, это было давно, и тогда мальчишка был гораздо младше.

— Это же был сын Москвина! — пробормотал он потрясенно. — Ну да, конечно, он самый.

Игорь оглянулся на Марину. Она молча кивнула, но лицо ее осталось непроницаемым.

Они сошли и на Белорусской. Игорь решил, что торопиться им некуда, и можно подождать следующей дрезины. Пусть, дескать, ребенок посмотрит, как люди на других станциях живут. На самом деле ему самому было очень интересно — курсант разведшколы Громов почти не выбирался за пределы Красной линии. А вот Женя, наоборот, особого любопытства не проявила — то ли ей уже случалось здесь бывать, то ли устала от обилия впечатлений.

Станция была нарядная и отмытая дочиста.

Три неоновые лампы заливали ее ярким светом. Радовали глаз и узоры на полу, и лепнина на потолке. Но здесь, как и везде на Ганзе, царило деловое оживление. Вереницы грузчиков с тюками появлялись из перехода на радиальную, шли к путям, складывали там тюки в кучи и спешили обратно. Впрочем, некоторые задерживались на станции, чтобы отдохнуть и перекусить. Игорь вспомнил — сюда везут продукцию с Динамо, Сокола и Аэропорта. Швейные цеха Динамо обеспечивали кожаными куртками значительную часть населения метро, свиные фермы Сокола также процветали. И всем этим торговала могущественная Ганза, обеспечивая себе солидную прибыль.

В конце станции также стояла палатка-закусочная для грузчиков. Путешественники зашли туда и взяли по кружке чая и порции жареных грибов просто для того, чтобы был повод посидеть и отдохнуть. Увидев, что они закусывают, к ним подсел отиравшийся здесь старик. Одежда его была хоть и поношенной, но относительно чистой.