Метро 2033: Под-Московье (трилогия)

А вы не послушались, вот и нанюхались венерина башмачка, — сурово выговаривал ей знакомый ворчливый голос. — Вот и мерещится теперь черт знает что.

— Павел Иванович! — облегченно вскрикивает Нюта. — А я уж думала — не вырвусь оттуда. Как хорошо, что вы меня спасли! Только… как вы здесь оказались?

— Значит, мне все это померещилось. Как же я рада, — говорит Нюта.

Павел Иванович кивает; он в плаще с капюшоном, и глаз его не видно. Старик почему-то нарочно от нее отворачивается.

— Павел Иванович, мне теперь к своим надо… А пойдемте со мной? — предлагает Нюта.

 — И Маруську с собой возьмем. Чего вам тут в овраге с пауками сидеть? Пора выбираться к людям.

— Нельзя мне к людям, — отвечает старик, наконец-то поворачиваясь к ней. И девушка вдруг видит, что глаза его светятся красным из-под капюшона.

Нюта вскрикивает и кидается бежать, пригнувшись, по тесному проходу. Вдруг проход неожиданно кончается, выходит на обрывистый склон. И она падает. Катится кубарем на дно огромного оврага, где протекает речка, излучая слабое зеленоватое свечение.

Нюта с трудом поднимается на ноги. Вроде за ней никто не гонится. Она неуверенно идет по берегу. Не так уж тут и страшно, лишь бы пауки ее не заметили.

Она наклоняется к воде. В глубине что-то белеет. Женское лицо смотрит из темной воды. И самое страшное — что глаза открыты, но смотрят словно бы сквозь Нюту. При этом Нюта уверена, что женщина отлично ее видит, просто притворяется.

Показывается белая рука, манит Нюту к себе. Нюта отшатывается, поверхность воды идет рябью.

Наверное, женщина хочет выбраться на берег и схватить ее. Нюта вновь бежит, но впереди стоит Павел Иванович, сверкая красными горящими глазами, оскалившись в жуткой ухмылке. Нюта кричит в ужасе.

— Да что с тобой?! — слышится недовольный голос Кирилла. — Уже третью ночь спать мне не даешь!

От облегчения Нюта рыдает. Так это был только сон, а на самом деле она в палатке на Тушинской, и рядом Кирилл, брюзжит, как всегда. Сейчас она даже рада его брюзжанию.

Она потихоньку приходила в себя после пережитого кошмара. «Кто бы видел меня сейчас — ни за что не поверил бы, что перед ним та самая победительница зверя, которая спасла Улицу 1905 года, — усмехнулась она. — Наверняка волосы растрепаны, лицо бледное, глаза покраснели от слез…»

Нюта давно боялась воды. Оттуда приходило самое страшное. Жуткие черные твари. Чудовище, о котором она старалась не думать, хотя именно ему была обязана своим спасением.