Метро 2033: Под-Московье (трилогия)

— Над нами ведь библиотека? — неуверенно спросил Северцев у существа.

— А зачем это тебе моя библиотека? — вдруг совсем другим, подозрительным голосом спросило оно. Профессор глянул на него и увидел, что существо теперь закутано в истлевшую мантию, на голом черепе у него корона, а в руке — клюка. Оно замахнулось, Профессор в ужасе вжался в стену… и вдруг очнулся.

Он сидел на берегу Неглинки возле отверстия в стене, прямо в грязи, а рядом стояла Марина, прижимая к себе Женю. Профессор почувствовал, что ему холодно — комбинезон слегка пропускал влагу.

— Я что, заснул? Долго я спал?

Марина молча пожала плечами.

— А Игорь не вернулся?

Она все так же молча покачала головой.

— Еще немного подождем — и надо отсюда уходить, — решительно сказал Профессор. — Игорь ведь и сам так нам советовал.

Марина молчала. Лицо ее было непроницаемым. Совершенно непонятно, согласна она с ним или нет.

Профессор на всякий случай осветил противоположную стену туннеля. Ничего. Никакого прохода. Кое-где слегка выкрошился бетон — и все.

И тут из пролома в стене рядом с ними наконец показался Громов.

— Ты весь в глине, — приветствовала его Женя.

— Упал, измазался, — пояснил Игорь.

— А рукав и спина — в крови, — так же без всякого выражения сказала Женя.

— Ты что, ранен? — забеспокоилась Марина.

— Да что вы все всполошились?! — заорал Игорь. — Говорю вам, ничего страшного! Носом кровь пошла, наверное. Мне ведь фашисты все легкие отбили!

Профессор ничего не сказал, но в глазах его так и читался немой вопрос: каким образом кровь из носа могла так испачкать комбинезон на спине?

— А мы вроде голоса слышали… — сказала Марина.

— Это я чертыхался, когда в лужу упал, — объяснил Игорь, чувствуя, что врет очень неубедительно.

Вскоре они снова обнаружили углубление в стене. Его почти не видно было из-за корней деревьев, именно здесь свисавших особенно густой бахромой. На этот раз Игорь, наученный горьким опытом, сразу оставил спутников на берегу, а сам осторожно двинулся вглубь. Но далеко он не ушел. Проход кончился небольшой земляной камерой.

На полу лежала куча тряпья. Игорь посветил и вздрогнул — из тряпья торчала рука со скрюченными пальцами. На руке не хватало мизинца.

«М-да, пожалуй, Кастанеда ни о чем таком уж точно никогда не писал…»

Игорь осторожно присел, разглядывая труп. Это был мужчина средних лет. Судя по всему, умер он дня два назад. И, судя по глубокой ране в груди, не своей смертью. Преодолевая брезгливость, Игорь обыскал покойника, но ничего не нашел.