Выскочка-2

Вот посмотришь, спустя пару недель она превратится в настоящую красавицу!

Но и на следующее утро, и через день при взгляде на малышку Лере хотелось биться головой о потрескавшиеся стены родильного дома. Рыжие волосики, густые бровки, маленькие глазки и крупные мясистые губки никак не хотели становиться эталоном красоты. «Лев Константинович оказался прав… – сокрушенно шептала Лера, прикладывая дочку к груди. – Она все взяла от своего папашки».

– Мне кажется, ты преувеличиваешь, – успокаивал Леру муж, навещая ее в родильном отделении. Палата была платной, и ему был разрешен доступ к жене и дочке в любое время. Главное – надеть бахилы, стерильный белоснежный халат и тщательно помыть руки.

Андрей мог часами любоваться спящей девочкой. Она казалась ему ангелочком.

– Лерочка, я хочу попросить тебя кое о чем, – сказал он накануне выписки из роддома.

– Я тебя слушаю, – измученная нехваткой грудного молока и бессонной ночью, в которую дочка орала диким криком то ли от голода, то ли от коликов, Лера была готова выполнить любую его просьбу.

– Разреши назвать ее Сарой. Так звали мою мать. Она мало что дала мне при жизни, но нашей дочери я постараюсь с лихвой дарить любовь и заботу.

– Это твое законное право, – безразлично пожала плечами Лера. – Ребенок все взял от тебя. И я не имею ничего против выбранного тобой имени.

– Спасибо, – крепко обнял ее муж.

Уже дома Лера узнала, что строительная компания стоит на грани банкротства. Лев Константинович держался изо всех сил. Оставался еще ресторан и салон красоты, которые работали и приносили хоть и не большую, но исправную прибыль.

Дочка оказалась жутко беспокойной. С грудным вскармливанием тоже ничего не выходило. Молоко никак не хотело прибывать, и спустя неделю истерик Леры и отсутствия возможности отдохнуть, Андрей не выдержал. По совету привезенного к ним домой педиатра он купил детское питание для новорожденных, и дочку перевели на искусственное вскармливание. Она сразу же прекратила орать во всю глотку и принялась набирать вес. Лера вздохнула немного спокойнее. Но чувство вины перед ребенком за отсутствие молока лишило ее сна. Она плакала каждый раз, когда девочка отказывалась брать грудь в угоду бутылочке с сытной смесью.

– Забудь! Какая разница, чем мы ее кормим?! – хватался за голову Андрей. – Главное, что она сыта и довольна! А ты скорее придешь в форму. Только и всего.