Смерти вопреки

Врать не буду. Но только мысли.

– Извини, Алекс. Даже не знаю, откуда она взялась, – он нервно передернул плечами. – Просто приступ какого-то непонятного страха.

– С завтрашнего дня никакого риска. Вилли, ты меня понимаешь?

– Да понимаю я, понимаю, – недовольно проворчал искусствовед.

На следующий день я встретился с графиней. Она меня приняла холодно, но вежливо.

– Могу я вам предложить кофе?

– Если из цикория, то лучше не надо.

– Нет, – на ее красивом лице появилась бледная улыбка. – Самый настоящий бразильский кофе.

– В таком случае с удовольствием. Кстати, я пришел к вам не с пустыми руками, – с этими словами я открыл портфель, из которого достал бутылку шоколадного ликера и коробку шоколадных конфет. Поставив все на стол, виновато улыбнулся, после чего добавил:

– От всего сердца. Надеюсь, что не нарушил этим какого-нибудь параграфа дворянского этикета.

Вдруг она улыбнулась, и мне вдруг показалось, что из-под маски надменности и высокомерия выглянул совсем другой человек, с теплым и застенчивым взглядом.

– Не нарушили, – сказала и сразу помрачнела. – Хотя бы потому, что подобное нарушение было бы самым ничтожным после того, что уже произошло в моей жизни.

Мне не понравились ни ее слова, ни ее настроение, и я решил перевести наш разговор на нейтральную тему:

– С вашего разрешения, госпожа графиня, я открою ликер?

Молодая женщина как-то неуверенно посмотрела на меня, а потом сказала:

Теперь пришла моя очередь растеряться.

«Странная какая-то женщина.

– А, давайте! – вдруг с какой-то лихостью заявила графиня, перебив мои мысли. – Аннет!

На ее голос спустя пару минут в гостиную вошла горничная.

– Принеси коньяк, сыр, кофе. Я жду, – в ее голосе снова появилась властность.

– Слушаюсь, госпожа графиня.

Спустя десять минут мы уже сидели за накрытым столом. Я налил ей ликеру, себе – коньяк.

– За прекрасных дам! – провозгласил я и опрокинул в рот рюмку.

Она кивнула, отпила половину, прислушалась к ощущениям, потом допила.

– Неожиданно приятный вкус.

Всю ту свою жизнь, даже будучи в юношеском возрасте, я всегда относился к женщинам с сугубо практической стороны. Нет, увлечения были, но все они проходили быстро, без налета романтики. Вот и сейчас ее изящная красота возбуждала меня, как мужчину, но если говорить честно, в этот момент меня в равных долях интересовала как хозяйка дома, так и ее коллекция.