Смерти вопреки

Для него я стал человеком, с которым можно было поговорить по душам, выложить свои страхи и сомнения, не опасаясь, что тот донесет на тебя в гестапо. Когда он перебирал лишку, то оставался у меня ночевать, и тогда мне приходилось выслушивать его пьяно-философские взгляды на жизнь. Правда, нередко среди них проскакивала довольно интересная информация. Так мне стало известно, что гитлеровцы начали формировать грузы специального назначения для сверхсекретных тайников во всей Германии, где должны были храниться слитки драгоценных металлов, валюта, произведения искусства и антиквариат для будущих поколений нацистов.

В соответствии с планом «Закат солнца» с конца лета 1944 года на юге и востоке Германии, в Австрийских Альпах и Рудных горах в Чехии началось сооружение и обустройство глубоких бункеров и естественных тайников. Входы в них подлежали тщательной маскировке – как правило, их замуровывали или взрывали. Строили хранилища по проектам немецких инженеров под надзором СС военнопленные, по окончании работ они подлежали ликвидации. Степень секретности была такой, что по завершении строительства хранилищ особого назначения ликвидировались не только работавшие там военнопленные, но и (в особых случаях) солдаты строительных частей вермахта и проектировщики. По мере приближения конца войны эта программа получала все больший размах, и в нее включалось все больше объектов. К началу 1945 года это были уже любые места (замки, поместья, особняки, хозяйственные постройки, монастыри, церкви, бомбоубежища), где можно было спрятать сокровища. Наращивалось и строительство подземных хранилищ, предназначенных для особо значимых документов и ценностей.

На следующий вечер у нас состоялся разговор.

– Вилли, вы вчера похвастались, что занимаетесь формированием и отгрузкой ценностей, которые должны в будущем помочь восстановлению нового Рейха. А почему вы об этом раньше молчали? Или мы не друзья?

Эсэсовец скривился так, словно надкусил лимон, потом налил себе виски полстакана и сразу опрокинул себе в рот.

Кинув в рот ломтик сыра, какое-то время жевал, потом глухим, недовольным голосом проговорил:

– Алекс, давайте сразу договоримся, что мои служебные тайны не будут являться товаром для торга. Я немец и верю в будущее возрождение Рейха! Вам, швейцарцу, этого просто не дано понять!

– Ой! Только не надо мне говорить об арийской расе и ее высшем предназначении. Оставьте это вашей пропаганде. Теперь насчет тайны.