Смерти вопреки

На наш левый берег был высажен десант, который должен захватить мост. Закрепиться на берегу наши бойцы сумели, вот только развить наступление дальше не получилось, и поэтому нам приказали срочно выдвинуться, чтобы ударить фашистам в спину.

– Стоп. Стоп! Там же регулярные части. Артиллерия, самоходки… А вас от силы семь десятков будет! И вы воевать собрались? Или… вы идете на объединение с другими отрядами, чтобы потом вместе ударить?

Партизанские командиры переглянулись.

– Нет. Мы предложили дождаться подхода отряда «Непобедимый» из Сосновского леса, но как только командование узнало, что те смогут подойти лишь через сутки, нам было приказано немедленно выступать.

– То есть вы одни будете прорывать немецкую оборону?! – Я не смог сдержать своего удивления. – Одни?!

– Почему одни? И ты пойдешь с нами, – кисло усмехнувшись, сказал комиссар, после чего сразу закашлялся.

«Отсиделся в лесу, называется. Молодец. Какой я молодец…» – со злым сарказмом подумал я.

– А Кораблев? Как с ним?

– Возьмем с собой.

У нас в отряде есть сестра и врач. Присмотрят.

Говорить им, что они идут на верную смерть, было бесполезно, так как они и так об этом знали. Плохо было другое – они собирались положить меня вместе с собой в одну братскую могилу.

«Дезертировать, что ли? Все равно они там все полягут. А если нет? Снова влип!»

Прокрутил в голове сложившуюся ситуацию, спросил:

– Как думаете действовать?

Командир невесело ухмыльнулся, показывая большие, желтые от никотина, зубы:

– Ты, мил человек, не торопись.

На место придем, а там видно будет.

– Спасибо, что сразу не расстреляли, – сердито пошутил я.

В ответ раздался дружный смех партизанских командиров, а спустя час отряд снялся с места и двинулся через лес. Партизаны шли молча, без обычных шуток, только изредка тихо переговаривались.

За несколько часов, проведенных в лагере, из разговоров между партизанами мне стало известно, что фашисты заметили переправу наших войск, сумели подтянуть резервы и не дали расширить захваченный плацдарм.

Сейчас там шел жестокий бой.

«Регулярные части нашей славной армии ничего не могли сделать, а партизанский отряд в семьдесят рыл придет и немцам пинков надает?! Мать вашу!»

Рассвет еще не наступил, но на востоке небо уже начало светлеть, когда мы вышли к окраине леса и уперлись в стоявший в ста пятидесяти метрах от леса минометный взвод. Быстро обежал взглядом две большие палатки, затем снарядные ящики, лежавшие аккуратными штабелями и накрытые брезентом.