Я Гордый часть 2 (СИ)

Сам не заметил, как мы, пройдя через кучу залов, вышли в сад, где обнаружились Лиза и Люба, о чем-то жарко спорящие. Увидев нас, они резко замолчали, и я прямо физически почувствовал раздражение, витающее в воздухе.

— Хельга, это мои любимые сестры — Лиза и Люба. Девушки, это Хельга, принцесса Лифляндии.

— Очень приятно, — сделали они вежливые поклоны.

— А вы чего не поделили? — спросил я. — Вкусную булочку или любимую игрушку? Кстати, не желаете к нам присоединиться? Я вот устроил небольшую экскурсию для Хельги, но думаю, уже пора возвращаться, скоро ужин. Кстати, Хельга, девушки учатся как раз на третьем курсе, имеют ранг витязей. Уверен, тебе будет интересно с ними пообщаться. Тем более, наши условия учебы несколько отличаются от тех, к котором ты привыкла.

— Почту за честь, — поклонилась она.

Сестры как-то странно переглянулись и тут же Хельга была вырвана из моих цепких лапок Любой и утащена вперед, а ее место заняла Лиза.

— Это что сейчас такое было? — спросила она, когда те скрылись за поворотом, ведущим во дворец. — С чего это ты перед ней соловьем распелся?

— А что, ревнуешь? — улыбнулся я. — Как это мило. Но не надо. Лучше вас все равно нет. А Хельга показалась мне компанейской девчонкой и прямой как стрела. Думаю, вы подружитесь.

— С чего бы нам с ней дружить? Она даже не в нашей фракции будет. И вообще, зачем она собралась к нам?

— Отвечаю по порядку. Тему с Лифляндией нарулил батя, а теперь, походу, не знает, что с ней делать. Он только предположил возможный брак, а эти сразу телепортировались сюда.

Насчет фракции — она собирается вступить в нашу. Дипломатия и всякие крючкотворы — не ее тема. Она воин и хочет к воинам. А насчет дружить — в жены она не метит, а вот в наложницы или фаворитки запросто. И я не могу такие вопросы решать без своих невест.

— Невест? А причем тут мы?

— А притом… — оглядевшись, я увидел, что рядом никого нет. — Что мои невесты — это вы, — резко развернувшись, я впился в ее губы. Легкое сопротивление, а вот меня уже обнимают в ответ. Боже, как же это было сладко!

— Пошли, а то если опоздаем, отец нас убьет, — шепнул я ей, с трудом от неё оторвавшись.

У той сил осталось лишь кивнуть. Ее рука в моей дрожала, лицо было красным, но на губах мелькала легкая, едва заметная улыбка. Мы молча дошли до входа, а после и до трапезной. Я крепко держал ее, а она не спешила забирать свою руку.

Ужин прошел в теплой и я бы даже сказал, семейной атмосфере.