Несчастье

Что она делает в ледовом?

Смотрю на ее ответ около двух минут, пытаясь понять, какого черта она забыла в ледовом. Если я правильно помню их расписание, то сейчас у «Зорьки» тренировка, но, если она со своим копчиком туда потащилась, а Влад ей позволил – я прибью обоих, клянусь.

Потому что, когда мы ходили на каток во дворах недалеко от дома, я точно знал, что не дам ей упасть. Словлю, даже если она будет падать на меня с неба. Сам сломаюсь, но ее спасу. Но Влад так делать не будет. Как минимум потому, что у него куча других девчонок на тренировке и ему банально некогда кататься с Леной за ручку, чтобы она не упала.

А падать ей нельзя категорически! И я начинаю так сильно нервничать, что непроизвольно сжимаю кулаки.

Она в ледовом… Нет, серьезно? Обещала мне постельный режим и лечение! А как только я уехал, то побежала на лед, чтобы, наверное, все-таки добить себя, раз в первые пару раз не получилось.

Нервничаю, а еще ревную жутко. Потому что то, что она в ледовом, означает то, что она с Владом. А после его слов, что Лена ему нравится, я спокойно реагировать на него не могу. Хоть убей не могу. Даже не думал никогда, что такой ревнивый, опять новые грани в себе раскрываю.

Жду от Лены сообщение, но оно не приходит. Ни когда мы приезжаем в аэропорт, ни когда проходим регистрацию на рейс, ни когда взлетаем. А в следующие два часа я не могу увидеть сообщение, потому что нет сети, и психую еще сильнее.

– Сань, чего тебя колотит? – спрашивает Серега, когда летим. Сидим рядом, я явно раздражаю его своим поведением сегодня.

– Я влюбился. Уехал. Она там, я тут. Любит другого. И там тот, кому нравится она, по ходу, активизировался. Сделать ничего не могу, крышу рвет!

– Какая знакомая ситуация… – вздыхает он. – Не парься, Саня, мы два года в разлуке были, у вас десять дней всего. И то девять уже. Никуда не денется.

– А если денется? – психую.

– На этот вопрос ты отвечать должен. А если денется?

– Верну, – говорю сразу же.

– Ну и все. Чего тогда нервы тратишь? Спи лучше.

Но не спится. И легко говорить про нервы, когда твои испытания уже все пройдены, и твоя девушка исключительно твоя, и ждет она только тебя. Помню я, как он психовал на сборах, когда она еще не была с ним. А тут философ прямо…

Два часа полета без новостей от Лены кажутся какими-то нереально долгими. Я чувствую себя уже каким-то идиотом, но просто никогда еще в моей жизни не было так много неопределенностей.