Несчастье

Тренировка завтра вечерняя, домой успею. А уже через три дня у нас выезд на полторы недели.

– За эти три дня тебе нужно сделать что-то, чтобы она все полторы недели о тебе помнила и ждала.

– Интересно что, – нервно посмеиваюсь. – Замуж ее позвать?

– Позови, – жмет мама плечами. – Готов – зови.

Она забирает у меня пустой стакан из-под десерта, целует в щеку и уходит спать, оставляя меня наедине со своими мыслями.

Готов – зови… Легко сказать!

Три дня постельного режима – это слишком! Я лежу тюленем все эти дни, потому что пообещала слишком большому количеству народа, что я буду соблюдать все указания. Они еще хотели, чтобы я так три недели валялась… Сумасшедшие! Это же вообще можно кукухой отъехать. Я за это время-то чуть не отъехала…

Слава богу, что сегодня уже можно (нельзя, конечно, но мне можно) начать заниматься делом. И дело это – тренировка! В «Зорьку» я пока не возвращаюсь, потому что меня Алена съест, если я посмею прийти, но вот на улице с Сашей мы встретимся, как он мне и обещал. Тот небольшой каток во дворах в полном нашем распоряжении до самой весны! Надеюсь, что до этого времени я научусь кататься хоть как-то и нам не придется больше туда ходить.

Завтра Саша уезжает на выездную серию игр… Его не будет десять или даже одиннадцать дней. Я пока не поняла, что будет с «Зорькой», потому что Влад тоже игрок «Феникса», но в любом случае у меня пока больничный!

Вернусь в театральный… Не была там уже целую вечность. Казалось бы, пошла в хоккей за мечтой и сама же путь к этой мечте в виде театрального просто игнорирую. Но там я рассказала, что приболела, чтобы было меньше вопросов, а теперь вот вернусь как ни в чем не бывало, и все. Пока не выйду снова в «Зорьку»…

Точно как в ситуации с Владом и Сашей! Приходится чем-то жертвовать, а делать я это совсем не люблю.

За дни лежачего режима у меня прошла крепатура, зато стали болеть ягодицы от постоянных уколов. Это же ужас! Уколы – это худшее, что есть в лечении. Хуже только промывание носа, но, слава богу, у меня всего лишь трещины в копчике, а не насморк.

Мы с Сашей не виделись все это время. Ровно с того дня, как он спасал меня из меда. С того дня, как чуть не поцеловал, свел с ума, и… И услышал от меня самую ужасную в мире ложь, от которой потом психовал на улице под моими окнами.

Не виделись, но общались.