Кровь эльфов

Рядом толпились пассажиры, экипаж барки и таможенники. Краснолюд, везший меха «особо крупных чернобурых кошек», и Ольсен стреляли из луков, перегнувшись через фальшборт. Эверетт, мокрый и зеленый от водорослей, стучал зубами в объятиях матери, ревел и объяснял всем, что он не хотел.

– Милсдарь Геральт! – кричал у него над ухом Гладыш. – Вы живы?

– Черт побери… – Ведьмак выплюнул водоросли. – Стар я уже для этого… Слишком стар…

Рядом краснолюд спустил тетиву, и Ольсен радостно заорал:

– Прямо в брюхо! О-хо-хо! Прекрасный выстрел, господин арбалетчик! Эй, Боратек, верни ему деньги! Своим выстрелом он заработал таможенную скидку!

– Постойте… – прохрипел ведьмак, тщетно пытаясь встать. – Не поубивайте всех, черт побери! Мне нужен хоть один живой!

– Одного-то мы оставили, – заверил таможенник. – Того, лысого, что со мной препирался. Остальных перестреляли. А плешивый – вон он, там плывет. Щас выловим. Давайте гарпун!

– Открытие! Великое открытие! – кричал Линус Питт, прыгая у борта. – Совсем новый, неведомый науке вид! Совершеннейший уникум! Ах как я вам благодарен, милсдарь ведьмак! Отныне этот вид будет фигурировать в книгах как… как Geraltia maxiliosa pitti!

– Уважаемый бакалавр, – щелкнул зубами Геральт. – Если вы взаправду хотите меня отблагодарить… то пусть эта холера называется Everetia.

– Тоже красиво, – согласился ученый. – Ах какое открытие! Какой уникальный, изумительный образец! Наверняка единственный живущий в Дельте!

– Нет, – неожиданно угрюмо сказал Гладыш. – Не единственный! Гляньте!

Прилегающий к недалекому островку ковер желтых кувшинок дрогнул, резко заколыхался. Они увидели волну, а потом – огромное, продолговатое, напоминающее гнилой ствол тело, быстро перебирающее многочисленными конечностями и щелкающее челюстями. Лысый оглянулся, дико взвыл и поплыл, колошматя по воде руками и ногами.

– Какой экземпляр, какой экземпляр! – быстро записывал возбужденный до предела Питт. – Головные хватательные конечности, четыре пары челюстеножек… Сильный хвостовой веер… Острые клещи…

Лысый снова оглянулся и завыл еще пронзительнее. А Everetia maxiliosa pitti вытянула хватательные головные конечности и сильнее взмахнула хвостовым веером. Лысый поднял фонтаны брызг в отчаянной и безнадежной попытке спастись.

– Да будет вода ему водкой, – сказал Ольсен. Но шапки не снял.

– М-мой пап-пка, – защелкал зубами Эверетт, – умеет плавать быстрее, ч-чем тот дядя!

– Уберите ребенка, – буркнул ведьмак.

Чудовище раззявило клещи, щелкнуло челюстями.