Святой Грааль

 — Конечно, нож — не рыцарское оружие, но я при штурме Иерусалима командовал отрядом, научился использовать разное… Не для себя, я — благородный рыцарь из Гисленда, но для своих людей я должен был… Понимаете, сэр калика?

— Когда рубишься мечом, — объяснил Олег досадливо, возвращаясь в обыденный мир, — то они, сшибаясь, скользят. Бой идет неуклюжий, плохо предсказуемый… А здесь, парировав удар, знаю точно, где лезвие врага. Медь мягкая, чужое лезвие не соскальзывает, останавливается.

Он вытащил нож, подал рыцарю. Томас повертел его в руке, перевел взгляд на огромные ладони калики:

— Не коротковата рукоять?

— Три пальца помещаются? Вот и ладно. И большому пальцу есть где взяться с другой стороны. Для броска достаточно. Чем короче рукоять, тем лучше. Хочешь попробовать? Ежели кинуть средне, то прокручивается в воздухе за семь шагов. Значит, может воткнуть в того, кто стоит или бежит в трех шагах, десяти, тринадцати…

— А если враг окажется на расстоянии десяти шагов?

— Должен закрутить сильнее. Или замедлить. Только и всего. Попробуешь?

Томас торопливо протянул нож калике:

— Нет-нет! Рыцарь — это не бродячий цыган.

— Гм… Рыцари тоже бывают бродячими.

— Странствующими! — поправил Томас негодующе. — Странствующие рыцари! Еще со времен короля Артура рыцари Круглого стола странствовали в поисках приключений.

— А цыгане разве не… Ладно-ладно. Кстати, нож можно швырять и по-рыцарски — прямо, как дротик. Не вращая! Для того утяжеляют концы лезвия, а рукояти делают из легкого дерева или кости. Попробуешь?

Томас помотал головой:

— Мы, англы из Британии, народ любознательный, но перемены не жалуем. Добрый меч и длинное копье — наше оружие на веки веков! Такими нас сотворил Господь, такими останемся.

Он придержал коня, и Олег снова поехал наедине со своими думами. Вскоре за спиной рассыпался серебристый смех, гулко хохотнул рыцарь, и Олег снова подивился их жизнелюбию и выносливости. Трудную судьбу уготовили боги для человека! Иначе не дали бы столько сил.

Дорога поднялась на вершину горы, и Олег сумел, прежде чем

спуститься, окинуть одним взглядом окрестности: зеленые холмы, долину с ровными квадратами полей, мелкие селенья, а далеко впереди — высокий замок, окруженный стеной.