Святой Грааль

Деревенский кузнец, он заодно осмотрел копыта, перековал запасную лошадь, предупредил сурово:

— Лучше свернуть, пока не поздно. Направо дорога идет через горы, налево — через пустыню. Коней придется бросить, с ними в горах не пройти, как и через пески, но ежели попрете прямо — верная гибель! Там страна воинов-невидимок. Они злы, беспощадны, вторгаться чужакам не позволяют вовсе. Чужестранцев уничтожают, приносят в жертву.

Рыцарь покосился на синеющие вершины гор далеко по правую руку, зябко передернулся:

— Через горы однажды перебирался! До сих пор просыпаюсь с воплем.

Олег добавил поникшим голосом:

— Через пустыню тоже шли. Забыл, где погибало войско Балдина Третьего? Не от чужих сабель — от зноя и жажды… А чем так страшны те воины?

— Они непобедимы. В воинском искусстве упражняются всю жизнь. Владеют многими секретными приемами. Когда такой воин выходит хоть против десятка врагов, то на поле остаются десять трупов, а он уходит без единой царапины!

В синих глазах рыцаря Олег увидел откровенный страх.

— Такое не удавалось даже Ланселоту Озерному… Ни сэру Галахаду, а уж Говену и подавно… Господи, да зачем им такое воинское умение? Они с кем-то воюют?

Кузнец пожал плечами, глаза были сочувствующими:

— В крестовом походе не участвовали. Ни за тех, ни за этих. Дерутся друг с другом, выживают сильнейшие. Высоко в горах есть монастырь… Монахи за тысячи лет придумали особые боевые приемы.

Томас сказал с негодованием:

— Монахи? Разве соревнуются не в святости?

Кузнец бросил на рыцаря острый взгляд, в котором были сочувствие и насмешка:

— Наша вера молодая, а ихняя — старая. У них свои ритуалы. Не пашут, не жнут, не сеют — только упражняются с оружием. С утра до поздней ночи.

— Так и зайца научишь, чтобы волка одолел. Ежели с утра до вечера, каждый день, из года в год… Бр-р-р!.. А велика ли пустыня?

— Всего неделю пути, если верблюды быстрые.

Томас покосился на изнуренных коней, спросил с надеждой:

— Какой путь изберем, сэр калика?.. Что тебе подсказывают твои боги?

— Мои… высокие, одухотворенные! Они миром двигают, а твои попроще, они земную жизнь знают лучше.

— Наши боги учат ходить прямыми дорогами. Думаю, что и Христос бы не спорил. Укрепимся духом, пойдем прямо!

Томас потемнел лицом, молчал долго, наконец опустил ладонь на мешок, где выступал бок чаши, сказал с тяжелым вздохом:

— Ты прав, сэр калика.